Халид. Во власти врага

В среду на кухне, в четверг ворвался в мою спальню, пока я спала.

Сегодня застаёт в гостиной.

– Что за капризы с едой? – спрашивает, отрываясь от меня. – Новую игру затеяла?

– Я просто не хочу.

Лгу и не лгу одновременно. Желудок стягивает, напоминая, что за день я ничего не съела. Но голод – прекрасный мотиватор. Напоминание, от чего я пришла и чего смогла добиться.

И маленькая победа, которая мне так нужна. Если могу справиться с голодом, усмирить его и игнорировать, то с другими своими чувствами смогу так же поступить.

– Нигяр недостаточно хорошо готовит?

– Нет! – реагирую слишком бурно из опасения, что бедно женщине достанется из-за меня. – Пахнет вкусно, я всем довольна.

– Продукты не те?

– Всё то."

"– Такого хрена ты мне мозги ебешь?

– Я… Что?

Смотрю на мужчину, который отходит к бару, разливая по бокалам арманьяк. Раздраженно опускает хрустальную крышечку графина на дерево, ругается себе под нос.

А я стараюсь понять его слова. Эти два дня я была настолько погружена в себе, что не реагировала даже на его приставания и свою реакцию. Отвечала так, как хотелось моему телу.

Не сопротивлялась, никакой иллюзии нежелания. Сдёргивала с него рубашку, закусывала губу, расправляясь с ремнём. Что-то происходило между нами и я полностью забывалась в этой страсти.

Пока у меня нет другого варианта на побег, я просто живу секундой. Без сожалений и раздумий.

А сейчас оказывается, что Халиду это не нравится.

Что милый, пленница надоедает, когда перестаёт сопротивляться?

– Я жду ответ, - протягивает мне бокал, который я без промедления принимаю. Мужчина поднимает мои ноги с дивана, чтобы сесть и опустить их на свои колени. – Ада.

– Я правда не понимаю, что не так. Разве не этого ты хотел, чтобы я не спорила?

– В мои желания точно не входила твоя голодовка.

– А если она продлится? Если я не буду есть до тех пор, пока ты меня не отпустишь?

– Я запихну в тебя еду насильно.

Никакого другого ответа я от него и не ожидала. Как всегда, честно и жестко. Радикально противоположно тому, как его пальцы скользят по щиколоткам. Обводят косточку, забираются под край длинного платья.

– Я не голодаю, Хал. Просто, считай, это проверкой собственного духа.

– Хал? – единственное, на что он обращает внимание.

– Раз ты меня зовёшь Адой или колючкой, то я буду звать тебя Халом.

– Зови.

Халид отвечает совсем не так, как я ожидала. Ни грани злости на лице, сплошное равнодушие. А мне так хочется вывести его на эмоции. Увидеть хоть проблеск того, что хвалённая выдержка трещит по швам.

Мне нужно понять, что я действую на мужчину точно так же, как он на меня.

– Но наедине, не при моих людях.