Халид его пленница

И вместо рева получил пронзительный взгляд. Словно моя жена с укором смотрела.

– Ты маме нужен сильным и смелым, - успокаивал пацана, прижимая к себе. – Слышишь? Мы же должны к ней вернутся, да?

– Машынка… Бах.

И я бы тоже «бах», сука. Если бы не Янар и не Ада, которая опекала его чрезмерно. Если бы не желание показать девушки, что я тоже справляюсь. Хреновый папаша, но могу что-то.

Поэтому и нашел няню, качественную, из лучшего агенства. Там скорее сами убьют работницу, чем позволят ей начудить. Это тете Кате я не доверял совсем. Возраст нужно чтить, но кто знает, как она с ребёнком справиться. Поэтому нашел подстраховку, три команды её проверяла, прежде чем отдал сына."

"Посидела бы в квартире, на подхвате. Должна была отвезти малого, потому что я уже опаздывал навстречу. Чертова Москва со своими пробками. Но увидел резиновую уточку на сидении…

Ну и как Янар без неё?

Пришлось возвращаться, а это спасло жизнь. Взял хренову игрушку, вышел из машины и… Бабах, блин.

– Всё хорошо, - увожу Янара подальше, бросая няне, чтобы сматывалась и держала язык за зубами. – Мы погуляем немного, хорошо?

– А мама? Где она?

– Она в безопасности, дома.

Сын кивает серьезно, будто понимает всю ситуацию. Заметно успокаивается, позволяет спокойно отнести подальше от пожара. Удивительный ребёнок, Ада его прекрасно воспитала.

Если первым делом о матери беспокоится. Настоящим мужиком будет.

В отличии от тех гнид, кто машину подорвал. Моя верная охрана внутри осталась. Могу только помолиться, чтобы их смерть была быстрой и без боли. Они этого заслужили.

Пришлось залечь на дно на пару часов, выждать, просмотреть. Я знал, кто надежный в доме, Кемаль всегда доказывал свою верность. А вот в Луке уверен не был. Помощник, правая рука.

Но все мы метим выше.

Приказал Кемалю охрану централизовать, просмотреть за Адой. А колючка удивила. Луке даже шанса не дала, сразу всё сама организовала. И поездку к Арабине, которую я сам подозревал.

Умница моя.

Которая очень не кстати расположилась на смертнике.

Если авария Яна не добила, то я сам устрою.

– Хал…

Ада моргает часто, смотрит на своего ублюдка. А после вдруг срывается с места. Мчится ко мне, остаётся только подхватить. Даже забиваю на то, что платье задирается непривычно.

Обхватила торс ногами, жмётся. Маленькая такая, хрупкая. Только ради этого момента стоило выжить. Накрываю губы жестким поцелуем, грубым. Но сейчас мне нужно взять всё.

Адреналин сворачивает кровь, бьёт разрядом электричества по нервам. Трогать, касаться, целовать. Волнение угасает, что с ней может что-то случится. Навредит кто-то.

– Хал… Я… Ты, - бормочет, заикается и сама меня целует. Впечатывает свои губы, царапает лицо ногтями. – Господи. Я… Как же я тебя ненавижу, сукин ты сын! Я тебя убью. Прикопаю.