Халид его пленница

Меня прошибает, необходимо держаться. Даже так, безумно.

– Хал!

Кричу его имя, потому что ничего не остаётся. Только Халид, этот мужчина. Чертов похититель и завоеватель. Который подмял меня, прогнул. Подчинил себе.

И я это позволяю, прекращая бороться.

Прижимаюсь к нему, принимаю бешенный ритм. Толчок. И ещё одни. Ещё и ещё. Растворяюсь в этих движениях, исчезаю. Только кричу, наплевав на всё.

Перестаю существовать.

– Хал!

– Моя.

Меня трясёт, выгибает оргазмом. Повторяю как заведенная. Жена. Его. Хала. Мне хорошо, мне безумно. Мне невероятно правильно. И мир разлетается осколками, будто впивается острыми лезвиями в душу.

Меня больше нет.

Только легкость во всём теле, вата в голове.

– Моя Ирада.

Вдыхаю запах мужчины, упираюсь лбом в его шрам на плече.

– Твоя-твоя, - голос сорван, смех получается хриплым. Следующие слова вырываются сами, слишком требовательно: – А ты – мой.

– Твой-твой, - передразнивает, медленно покидая моё тело. – Куда я денусь.

Сукин сын.

Любимый сукин сын.

Глава 42. Ада

– Я тебя ненавижу, - шепчу Халиду, подставляя лицо солнечным лучам. На улице жара, а у меня между ног водопад. Кое-как привела себя в порядок, бурчу. – Сильно.

– Жена может только любить мужа.

Жена.

Мужа.

Мне все ещё кажется, что это просто глупая шутка. Или жестокий розыгрыш. Не могу поверить, что у меня на пальце действительно кольцо. Обручальное.

В документа Халида факт, что я принадлежу ему. Добровольно. А Янар станет его сыном, официально приемным. И ведь мужчина ни намеком не дает понять, что для него что-то не так.

Рассуждал за аборт, но при этом ничего не предъявляет. Говорил, что в семье не принимают бастардов. Его брат, Саид, страдал от этого же. А Халиду совсем плевать? Что скажут, как назовут нашего сына?

– Халид, - накрываю его ладонь, которой мужчина обнимает за плечо. – Я… Я не знаю твоих порядков, но вредить Янару не позволю.

– Так, с чего такие мысли? Он мой сын, зачем мне причинять боль ему?

– Ненамеренно? Или… Ты ведь говорил, что рожденных вне брака у вас не жалует. И если…

– Если кто-то что-то вякнет, то вякать больше не сможет. Я не позволю оскорблять мою семью, никому.

– Но если твой отец…

– Ирада. Как ты думаешь, сколько мне лет?

– Я знаю точно.

– Вот, я не мальчик, которому можно указывать. Ты – моя. Не ищи пути к спасению, нихера не получится. Просто наслаждайся долгожданным статусом.

– А разве в вашей культуре не принято уважать старших? То есть, слово твоего отца весомее, как главы рода? Прости, я не очень хорошо разбираюсь в чужих культурах.

Я до конца даже свою не понимаю. Само имя как доказательство. Во мне столько культур и кровей намешано… Может, культура Халида как раз ко мне и относится.

В любом случае, теперь точно.

– Запоминай свои слова, колючка. Уважать старших, уважать мужа. Слушаться и потакать.