Халхин-Гол. Граница на крови

Начальник заставы разбудил заместителя. Старший лейтенант Бержингин направился к сопкам, предупредил старшего наряда Барласа Гонгора о подходе японцев, объявил полную боевую готовность, прополз к пулеметчикам и остался с ними.

Связист вызвал начальника соседней заставы капитана Айрата Дигууна.

— Что у вас случилось? — спросил тот.

— Японцы вновь вышли к восточным сопкам, — ответил Гандориг.

— Да ты что? Поднимаю заставу в ружье.

— Да, и сообщи об этом соседу, старшему лейтенанту Тибригэру.

— Конечно. Ты доложил в отряд о японцах?

— Пока нет, решил сначала тебя предупредить.

— Понял, благодарю. До связи, Айрат.

— До связи, Амгалон. — Начальник заставы Холар закончил этот разговор и сказал связисту: — А сейчас, сержант, соедини меня с отрядом.

— Слушаюсь!

Карандан извлек из аппарата один провод, вставил разъем с другим, проверил наличие соединения.

— «Рубеж» слушает, — ответил дежурный.

— Это «Крепость». Мне срочно нужен начальник отряда, — проговорил начальник заставы и вскоре услышал немного искаженный голос подполковника Гэлдэра:

— На связи!

— Товарищ подполковник, докладываю, советским военным советником замечен подход японцев к восточным сопкам.

— Черт возьми, что еще за японцы?

— Предполагаю, это тот же отряд, который атаковал заставу вчера утром.

— И чего им от тебя надо?

— Не могу знать, товарищ подполковник.

— Численность противника установлена?

— Никак нет. Сейчас невозможно это сделать.

— Плохо. Заставу поднял в ружье?

— Так точно.

— Придется высылать к тебе бронетехнику. Ты ведь не знаешь, насколько силен твой противник, какое вооружение он имеет. Пушки и пулеметы БА-10 смогут накрыть противоположные высоты. Что на данный момент делают японцы?

— Они находятся за сопками. Мы их пока не видим.

— У тебя сейчас два отделения в наряде?

— Так точно, а также две огневые точки с расчетами пулеметов, два отделения на рубеже прикрытия заставы, одно отодвинуто вглубь, к палаткам.

— Понятно. Держись. БА-10 подойдут. Не сразу, но будут.

— Благодарю.

— До связи!

— До связи.

Гандориг передал трубку связисту, посмотрел на часы. Стрелки показывали 07.50. Он приказал связисту покинуть штабную палатку, укрыться среди развалин и оберегать телефонный аппарат как собственную жизнь. После этого начальник заставы прошел к отделению сержанта Мунхбая.

Монгольские пограничники ждали повторения вчерашних событий. Но произошло нечто иное, никак ими не ожидаемое.

Слева донесся гул двигателей.

— Это что такое? — воскликнул начальник заставы.

— Похоже, к нам идут самолеты, не один и не два, — ответил сержант Мунхбай.

— Самолеты? Это могут быть только японцы. О наших и русских нас предупредили бы, да и делать им тут нечего.

Гул нарастал, раздались приглушенные взрывы.