Гвардия, в огонь!

Хохлов хмыкнул одобрительно. Все трое прошли в расположение взвода. Хохлов уселся на траву, разведчики перед ним. Лейтенант расстелил трофейную карту.

– Получен приказ взять языка, желательно офицера, ещё лучше – из ближних тылов."

"Дураку понятно. Взводный или ротный офицер знает только положение на своём маленьком участке, и назвать может командира полка и дивизии. Требовался язык, знающий хотя бы дивизию, – направление удара, оснащённость, боеспособность. Можно подумать, такие в немецком тылу пачками ходят.

– Пакля, кого в группу берёшь?

– Вот его, – ткнул в Илью пальцем сержант, – и Ефремова.

– Не мало трёх?

– Если втроём не возьмём, то и вшестером тоже. Когда выход?

– Как стемнеет. Я на передовую сам провожу.

Так положено, во избежание несанкционированного перехода, случаи такие были. Илья задумался. Задание сложное. Правда, некоторые положительные моменты есть. Немцы наступают, дислокация войск меняется почти ежедневно, определённая неразбериха есть.

Провизию не брали, полагали – вернутся к утру. Автомат, запасной магазин, нож да кусок верёвки – весь груз. Лейтенант вечером сам группу к передовой повёл. Илья сразу недочёты в подготовке группы выявил, сказывалось отсутствие боевого опыта, за месяц войны его не наработаешь. Во первых – сапоги отечественные, во вторых – оружие. Лучше бы автомат не применять. Когда в поиске доходит до применения оружия, считай – провал. Уже не до «языков», самим бы ноги унести. Оружие следовало немецкое иметь. Случись перестрелка, немцы сразу по звуку выстрелов определят – красноармейцы у них в тылу. А ещё – нет карты. Компас у Пакли допотопный есть, а что в нём толку без карты? Как определять местоположение? Даже мелочь взять – перед выходом не попрыгали. В момент перехода передовой оружие может предательски звякнуть, и группа обречена. Из таких вроде бы мелочей складывается успех или неудача.

После полуночи, когда эпизодические перестрелки на передовой стихли, лейтенант произнёс:

– Пора. В пять тридцать светать начнёт, вам до этого времени вернуться надо.

Метров двести шли в полный рост по нейтралке. Наши войска противопехотные мины не ставили, а если на противотанковую мину наступить, взрыва не последует, взрыватель срабатывает только под большим весом – танка, тягача, грузовой автомашины.

Илья спросил Паклю:

– Сержант, ты на той стороне бывал?

– И не раз.

– Конкретное место перехода наметил?

– Пустое, так просочимся.

Опять просечка. Днём следовало понаблюдать за передним краем в бинокль. Определить, где пулемётное гнездо, по возможности – огневые точки, часовых. Или неудобья – ручьи, овраги, заросли. Немцы в лучшем случае их заминируют либо поставят рядом часового.