Гвардия, в огонь!

В таком же направлении вёл бойцов до встречи с капитаном и Илья.

Через три дня, голодные, обросшие, бойцы вышли к Гжатску. В городе экстренная эвакуация. У значимых предприятий – банков, горкома партии, исполкома – грузовики стоят. Гражданские люди сносят пачки перевязанных бумаг, железные ящики, сейфы. По Илье – жителей вывозить бы надо – женщин, детишек, а бумаги сжечь. Население, нагруженное чемоданами, узлами, уходило из города само. У некоторых из самого ценного – дети на руках.

Видимо, капитан в Гжатске бывал, шёл по улицам уверенно. Свернули в проулок, а там КПП воинской части. Но на КПП никого нет и ворота нараспашку. Из ворот мужичок с мешком на спине выходит. Явно мародёр. Кольцов закричал.

– Стой!

Мужик мешок бросил и наутёк. Капитан мешок развязал, а там пачки сухарей в вощёной бумаге, судя по фиолетовым штампам, ещё довоенного выпуска.

– Дмитриев, ворота закрыть, стоять на КПП, никого не впускать, не выпускать.

– Слушаюсь.

Капитан группу внутрь территории покинутой воинской части завёл.

– Осмотреть все помещения, посторонних, я имею в виду гражданских лиц, доставить в штаб.

Капитан показал рукой на небольшое одноэтажное здание. Бойцы разбежались выполнять приказ. Илье досталось осматривать склад. Ворота его нараспашку, замок сбит кувалдой, здесь же валяется. На деревянных полках перевязанные стопками гимнастёрки, галифе, исподнее бельё. Для мародёров склад большого интереса не представлял. Илья нашёл в стопках униформу своего размера, переоделся. Прежняя гимнастёрка сильно испачкана, в нескольких местах порвана.

Пошёл докладывать о находке капитану. А из соседнего склада ефрейтор Бузулуцкий двоих гражданских ведёт.

– Ворьё? – спросил Илья.

– Мешки сапогами кирзовыми набили.

Привели их в штаб. Задержанные смотрят злобно. Кольцов первым же вопросом.

– Почему не в армии?

Один ответил – белый билет у него, по здоровью освобождён, а второй заявил – бронь от призыва у него, на оборонном предприятии работал станочником. А попробуй сейчас проверь? Кольцов трубку телефона снял, попытался дозвониться до милиции, чтобы сдать задержанных, да не отвечал никто. Пока Кольцов размышлял, что с задержанными делать, бойцы привели ещё двоих. Эти промышляли на продовольственном складе. Кольцов перед задержанными прошёлся.

– По законам военного времени имею право всех расстрелять, без суда!

Побледнели задержанные, полагали – нет уже в городе власти. Совдепия бежит, немцы ещё не вошли. Однако не стал брать грех на душу Кольцов, отпустил.

Власти в городе в самом деле не было, как и регулярных войск. Лишь седьмого октября был назначен комендант города, в подчинении которого был взвод красноармейцев для охраны складов.

События развивались стремительно.