«Молодая Гвардия» (Первая редакция, 1945 г)

- Я пожар смотрел. Из парка. Потом стал шанхайчиками пробираться до дому, да увидел из балки, что у вас окно открыто.

- Что это горело?

- Трест.

- Ну-у?

- Там ихний штаб устроился. В одних подштанниках выскакивали, - тихо засмеялся Сережка.

- Ты думаешь - поджог? - спросил Володя. Сережка помолчал, глаза его поблескивали в темноте, как у кошки.

- Да уж не само загорелось, - сказал он и снова тихо засмеялся. - Как жить думаешь? - вдруг спросил он Володю.

- А ты?

- Будто не знаешь.

- Вот и я так, - облегченно сказал «Володя. - Я так тебе рад. Ты знаешь, я так рад…

- Я тоже, - нехотя сказал Сережка: он терпеть не мог сердечных излияний. - Немцы у вас злые?

- Пьянствовали всю ночь. Всех кур пожрали. Несколько раз в комнату ломились, - сказал Володя небрежно и в то же время словно гордясь перед Сережкой тем, что он уже испытал на себе, каковы немцы. Он только не сказал, что ефрейтор приставал к сестре.

- Значит, еще ничего, - спокойно сказал Сережка. - А в больнице остановились эсэсовцы, там раненых оставалось человек сорок, вывезли всех в Верхнедуванную рощу и - из автоматов. А врач Федор Федорович, как они их стали брать, не выдержал и вступился, так они его прямо в коридоре застрелили.

- Ах, чорт!… Аи я-яй… Какой хороший человек был, - сморщившись, сказал Володя. - Я ведь там лежал.

- Человек, каких мало, - сказал Сережка.

- И что ж это будет, господи! - с тихим стоном сказала Елизавета Алексеевна.

- Я побегу, пока не рассвело, - сказал Сережка. - Будем связь держать. - Он взглянул на Люсю, сделал витиеватое движение рукой и лихо сказал: - Ауфвидерзеген!… - он знал, что она мечтает о курсах иностранных языков.

Его ловкое, юркое, щуплое тело скользнуло во тьму, и сразу его не стало ни видно, ни слышно, - он точно испарился.

Глава восемнадцатая

Самое удивительное было то, как они быстро договорились.

- Что ж ты, девушка, читаешь? В Краснодон идут немцы! Разве не слышишь, как машины ревут с Верхнедуванной? - стоя у ног ее, с трудом сдерживая дыхание, говорил Сережка.

Валя все с тем же удивленным, спокойным и радостным выражением молча смотрела на него.

- Куда ты бежал? - спросила она.

На мгновение он смешался. Но нет, не могло быть, чтобы эта девушка была плохой девушкой.

- Хочу на вашу школу забраться, побачить, шо воно буде…

- А как ты заберешься? Разве ты бывал в нашей школе.

Сережка сказал, что он был в их школе один раз года два назад, на литературном вечере.

- Да уж как-нибудь заберусь, - сказал он с усмешкой.

- Но ведь немцы могут в первую очередь занять школу? - сказала Валя.

- Увижу, что они идут, да прямо в парк, - отвечал Сережка.

- Ты знаешь, лучше всего смотреть с чердака, оттуда все видно, а нас не увидят, - сказала Валя и села на своем пледе и быстро оправила косы и блузку. - Я знаю, как туда попасть, я тебе все покажу.