Гвардеец

Сам оторваться от дивана еще побоялся.

Дед выбросил стакан в утилизатор, перенес к дивану свой стул и уселся напротив Осетра.

Ну вот, сейчас и начнется разговор по душам…

– Да, спасибо, Всеволод Андреевич!

– Дело в том, Остромир, что это данные не цесаревича Константина. Это твой генетический код.

«Ага, – подумал Осетр. – Это мой генетический код, а сам я пятый сын султана Махмуда от четвертой жены, зачатый в день икс…»

– Это твой генетический код. Сам ты внебрачный сын нашего государя-императора. Цесаревич Константин скончался. И если с государем-императором что-либо вдруг случится, ты вполне можешь оказаться претендентом на корону.

Голова у Осетра была пустая-пустая. Стакан чистой холодной воды унес не только мысли из нее, но и боль из сердца, которая жила последние двое суток. Словно Осетра выстирали, выжали и повесили сушиться на сквознячке…

– Конечно, для этого надо, чтобы тебя поддерживала некая общественная сила.

Голова была пустая-пустая, но постепенно начинала наполняться. Вот только это наполнение было странным. Вроде бы должно рождаться удивление и возмущение – «Как! О чем это вы? Да никогда!»… Но ни удивления, ни возмущения не было, и, казалось бы, их отсутствие, в свою очередь, должно было удивлять и возмущать. Ан нет!

– И такая сила есть? – Вот на сей раз Осетр удивился – спокойствию, прозвучавшему в собственном голосе.

Будто и не его касалось все происходящее. Будто они разговаривали о некоем третьем лице, два гвардейца, два «росомахи», занятые решением исключительно государственных задач…

– Да, такая сила есть.

– Патриоты Росской Империи. Отличные люди. Те, кому надоела политика постоянных уступок нашим противникам. Те, кому надоело, что наших людей в Приграничье убивают и угоняют в рабство. Те, кого пугает массовое выдвижение на первые роли в Империи исключительно бездарных придурков, которые заботятся только о собственном кошельке.

Странно, вроде бы самое время перепугаться, бежать от этого предложения, как черт от ладана, а вот поди ты…

Что же с ним, Осетром, происходит такое? Или это и есть знаменитый дух «росомах»? Тот самый, за который воины бригады так ценятся? Тот самый, благодаря которому их бросают на самые сложные задания и знают, что «росомаха» либо выполнит задание, либо погибнет. Причем раз в двадцать вероятнее выполнит, чем погибнет. Потому что мы – «росомахи»! Потому что у нас боевое братство, которое превыше всего. Кроме присяги.

– Я тебя сейчас не тороплю с ответом, – сказал Дед. – Просто имей в виду, что без тебя начинать эту бучу бессмысленно. Ты – это знамя, вокруг которого сплотятся миллиарды. Не будет знамени, не будет миллиардов. Так было во все века – для того, чтобы поднялся народ, надо, чтобы кто-то зажег и понес впереди факел.