Малыш Гури

— Я и правда помолодел?, — подняв голову и посмотрев на меня спросил Ральф.

— Сильно помолодел, — подтвердил подошедший с кем-то к нам со спины Луи, — циклов на тридцать выглядишь или и того меньше.

— Но я чувствую, что это не моё лицо, — в отчаянии прокричал Ральф.

— Ну это уже не ко мне, — вытянув руки вперёд как бы в позе защиты, сказал я, — все претензии туда!, — и рукой показал в сторону храма.

— Я и правда неплохо стал выглядеть?, — поинтересовался взволнованный священник.

— Мне трудно судить о человеческой красоте, я не человек, — ответил Луи, — и слава богу не женщина, это им надо такие вопросы задавать, они бы точно ответили без прикрас, а их к сожалению у нас не…

И тут перебив изъяснения начальника охраны у меня за спиной раздался родной, любимый и на удивление дрожащий от большого волнения голос, от которого я резко подскочил на месте, развернувшись в прыжке и уставился на говорившего, вернее на говорившую…

— Отличный вид у вас ваше преподобие. Вы мне сильно напоминаете одни картинки, виденные мной давно в юности. Вы на удивление как, похожи на одних исчезнувших разумных, как внешне, так и своими моральными переживаниями. Они в своё время тоже всё никак не могли определить, что же им от жизни-то надо и привело это к тому, что впоследствии их всех просто истребили. Перебили как мух! А целый народ в итоге оказался на грани вымирания. Так что смелее смотрите на жизнь, уважаемый, у вас же имеются личные убеждения и принципы? Вот, а форма, что форма она может принимать любой вид, а жизненные устои должны всегда оставаться неизменными.

Марфа! Вот так сюрпрайз! Кого-кого, а её я, точно, не ожидал здесь увидеть. И Серж зараза о ней и словом не обмолвился. Нет, он там что-то о гостях сказал, но как-то так, вскользь, мимо ходом, я и внимания на его слова не обратил, а зря и купаться из храма совсем голый бежал и ребят инструктировал в довольно фривольном виде… да-а! смешно получилось!

— И что вы мадам тут делаете?, — спросил я, делая изысканный поклон, — не опасно ли такой красивой девушке путешествовать почти в одиночестве, при такой малочисленной охране.

Она в ответ на мою тираду рассмеялась так заливисто и бордо как колокольчик, что звонко раскидывает в пространство вокруг себя радость и веселье.

— Спасибо за девушку малыш, приятно слышать. Но что, в самом деле, за претензии. Не вы ли лично меня приглашали посетить это место? Обещали прекрасный пляж для купания и укромные места для сакральных обрядов. И что я вижу в итоге? Как котелок горячее озеро и полуразрушенные постройки храма какого-то забытого бога? Это вы мне хотели показать… ВАША СВЕТЛОСТЬ?, — последние слова она произнесла таким тоном, после явно рассчитанной паузы, что мне вдруг резко захотелось блевануть.