Малыш Гури

Очень не спокойный ребёнок растет, что из него вырастит впоследствии, не знаю?

С В'Алуа договорились встретиться на обратном пути на этом же самом месте. Ему тоже пылить не слабо и дорожечка у него не сравнить с нашей. Сам выбирал в своё время места труднодоступные, не рассчитывал, что придётся трясти свои кубышки. Кстати два других бывших Линча также собирались, завтра, выдвигаться к своим логовам. Договорились, что берут только необходимое, немного денег, артефакты, что из них есть интересного. У меня, всё равно, в планах сюда вернуться, но обязательно с дарственной на владения этими землями от императора и без разницы, на кого из нас она будет оформлена, главное, застолбить за собой этот участок земли, где находятся храмы. В идеале и землю где алтарь Бобика неплохо бы прибрать к рукам. Но это всё перспективы на будущее, а пока…"

"Работал агрономом до самого вечера. Прихватывал всё и кустарники, если попадались и даже пару сухих стволов деревьев вернул к жизни, но манны они потребляли… мама не горюй. К вечеру, что я, что сам артефакт были выжаты как лимон. Мыльницу на ночь засунул в озеро, а сам, уничтожив очень плотный ужин, завалился спать. Я так устал, артефакт так меня вымотал, что отрубился сразу как только голова достигла подушки, не смотря на шум, доносящийся от озера, где резвились гвардейцы, подбадривающие не сдающихся участников соревнований.

Глава 2.

Следующее утро началось с небольшого переполоха. Свора слепых псов гнало прямо на наш лагерь раненую псевдо собаку. Лагерь был поднят караулами по тревоге. Стая особей под сотню загоняла еле волочившего ноги огромного чёрного пса. Ну, огромного это в моих глазах, маленького мальчика. Но на хорошего кавказца он размерами и мордой, смахивал. А дальше всё выглядело очень печально. Рваные раны по всему телу, хвост на половину откушен, язык высунут видно, что бьется на последнем издыхании. Сам чёрного цвета как немецкие овчарки и, не смотря на жуткие раны, двигается рывками, молниеносно как молния. Резкий скачёк вперёд удар лапой с немаленькими когтями и голова зазевавшегося слепого пса катится в сторону оголодавшей стаи, что тут же набрасываются на тело своего собрата. Так черныш и остался до сих пор в живых. Постепенно отвлекая разгулявшуюся вольницу за их же счёт. Но вот он прижат к берегу озера. Отступать дальше некуда вокруг вода, а по берегам разбрелась озверевшая стая, почуяв новую добычу. Но добыча эта и сама с зубами притом не малыми. Пес, недолго думая, бросился в воду и по диагонали поплыл, смешно выбрасывая вперёд передние лапы, прямиком в нашу сторону, точно на стоящий у воды шатёр. Видно приняв его за ориентир.