Малыш Гури

Лошадей постараться сейчас вылечить, а оставшихся после этого пленных, (вам ведь для лечения жертвы нужны?), — спросил он Хэрна, — обменять на наших из расчёта один к трём. На одного их мага три наших воина.

Вариант. И я бы сказал самый разумный, но с другой стороны. Что нам с этих наших пленных. Их придётся отпустить, а где прибыль? Только моральная, да, но и о себе забывать нельзя. И я свои выводы передал Хэрну. Понятно, что при Жаке я свою точку зрения излагать вслух не буду, а вот Хэрн пусть работает моим рупором.

Хэрн выступил и в течении того времени пока к нам не подъехал капитан велась жаркая дискуссия. В принципе меня поддержали все. Единственно, я предложил, если наши оппоненты отдадут всех пленных с ошейниками тогда, ладно, обмен.

— А, что вы предлагаете делать с лошадьми уважаемый баронет?, — спросил до этого молчавший Ферро, — вы об этом ничего не сказали.

Жак хмыкнул и рукой погладил привязанный к седлу мешок с деньгами.

— Кони породы тёмной кайры очень дорого стоят. Очень! Они необычайно выносливы и также как и твоя лошадка, малыш полу разумны. Но главное их достоинство, — они не подвержены действию магии. Если бы мы ударили при их атаке магией по коням, то ничего бы не произошло и всаднику, если он находился в этот момент на лошади, ничего бы не было. В Ергонии продажа лошадей этой породы за границу запрещена и карается смертной казнью. Но нам ничего сделать не могут. Товар взят в бою. Коня капитана, конечно, придётся отдать, даже подарить, но остальных я бы попытался вывести в империю. Там мы бы получили от продажи раз в десять больше и это оптовая цена. Индивидуально продавать, — доход больше будет.

Понятно! Вот лечением мы сейчас и займёмся.

Палатку устанавливали с Ферро. Лечить лошадей после нашего варварского применения инженерного заграждения требовалось немедленно. Я не мог смотреть им в глаза. У многих от боли текли слёзы. Но что характерно не воя не ржания ничего. Молчаливый укор разумным за такое варварское обращение. Две лошади были особенно покалечены, а у одной из них правая передняя нога, переломанная в суставе, висела буквально на коже. Как же мне их было жалко. Я чуть не плакал от стыда и сострадания.

Хэрн видя моё состояние, молча, не на что, не отвлекаясь, сперва помог поставить палатку, а потом ввёл на операцию и первого пациента, которым и оказался эта наиболее покалеченная лошадь. Не перед кем прятаться, не надо и я молча попробовал применить плетение первого уровня порядка, чтобы остановить кровь в порезах. Не тут-то было. Плетение мгновенно было поглощено, не успев, как следует развернуться. Вот же чёрт! Я и забыл о том, что эти лошади не восприимчивы к магии. И как теперь быть и главное, что же делать? А я так надеялся на быстрое излечение скакунов.