Малыш Гури

Олия разобравшись в ситуации, погоревав над большими потерями своего отряда и потерей всех лошадей вклинилась в работу общей столовой помогая баронессе в организации работы пункта приёма пищи. При разговоре с ней, когда обсуждали сложившеюся ситуацию Хэрн с моей подачи, предложил ей нашу помощь. Мы обязались её оставшейся команде предоставить верховых лошадей и заводных, а она за это передавала нам свой фургон. Причём до города Варен, конечной точки её маршрута она сама едет с нами в фургоне. Предложение было более чем щедрое. Так как фургон стоящий сейчас без тягловых лошадей представлял собой только обузу и тронься караван сейчас, его пришлось бы бросить. Как и ожидалось, Олия на наше предложение с радостью согласилась и Мартину с этого момента добавилось работы.

К концу этого длинного дня все нуждающиеся в медицинской помощи были вылечены, а одной девушке из каравана я сдуру убрал на её теле все полученные ею шрамы. Как старые так и новые, снова применив плетение пятого уровня школы тайны леса. И обошлось мне это на порядок дешевле, чем в первый раз. (Опыт получил но знал бы я у к чему моё безрассудство приведёт в будущем)."

"В последний перед отъездом вечер после плотного ужина, когда лагерь готовился ко сну, возле нашего костра разведенного прям около входа в шатёр собрался весь свет местного общества. Был тут и герцог, барон, Люис, — тот парень на котором я пробовал свой чёрный кинжал в качестве лечебного средства и его товарищи, оказавшиеся заместителями капитана гвардии и по совместительству сиятельными баронами. Присутствовал и молодой баронет, что в своё время вступился за честь кухарки-баронессы. Он оказался весёлым смешливым малым общим любимцем и при этом лихим рубакой, лучшим клинком отряда. На этой почве, а также на общей соре и потому, что они были просто весёлыми людьми, Мартин так сошёлся с баронетом Маринэ по имени Жак, что почти всё своё время они проводили вместе. Причина ссоры тоже была здесь скромно сидя рядом с красавицей Олией.

Пили вино, пели песни, разговаривали, много смеялись. На удивление на меня никто не обращал особого внимание, относились как к равному чему сильно поспособствовало спасение гвардейца и моё видимое участие во всей этой истории. Всем было весело, а мне было заметно желание баронессы Генской по имени Дана, свести поближе знакомство с нашим Мартином, но тот продолжал держать учтивую дистанцию, демонстративно не отвечая на все её знаки внимании, всё своё обаяние даря несравненной юной Олии, что сильно нервировало баронессу и ещё одного участника посиделок, а именно Хэрна.

— Позвольте спросить уважаемый Хэрн, а у вашего народа я слышал очень интересный стиль исполнения песен, не продемонстрируете ли его нам.