Малыш Гури

Для Хэрна здесь рай, соскучившись по человеческому общению, он старался взять от жизни всё. Нашли даже мёд, пчёлы злые, большие, вроде земных шершней, но нас они не трогали. Я подарил ему защитный амулет мага правда от насекомых он не помогал. Как он радовался, а после того как я вручил ему книгу магии первого пигмея он совсем расчувствовался, часа два его успокаивал. Можно понять бедолагу, сто лет как баран жил. Теперь его от книги магии оторвать невозможно себя не щадит вспоминая и совершенствуя плетения, но и меня гоняет почём зря."

"Видно это было моей ошибкой попросить научить меня языкам и магии, а также стрельбы с арбалета и бою на кинжалах. Он ведёт себя как завуч в нашей школе, требовательный, дотошный, не признающий слова не могу, настоящий тиран и кто из нас господин, а кто слуга, не понятно. Как он только меня не называл и бестолочь и никчемным созданием и так далее и тому подобное. Дни заняты полностью, график обучения самый плотный, а по ночам они с Бобиком спелись мне мозги промывать и болтают между собой до утра, а я, закутавшись в одеяло, что для меня всегда брал с собой Хэрн, засыпал уработанный, под аккомпанемент не прекращающихся споров. Ещё Хэрн полюбил читать мои книги, доставшиеся от лейтенанта, по ним он учит меня грамматике.

Распорядок дня подвергся значительным изменениям. С самого утра подъём. Если спим у Бобика, то спросонья, разминка, пробежка, а потом, час минимум, работа с кинжалами. Затем вводные процедуры, завтрак и учёба: час эльфийский, час общий и ещё час общий имперский. Потом часа два стрельба из арбалета. Затем водные процедуры и обед. После обеда Хэрн настоял о часе отдыха, иногда если очень устаём то двух. А дальше по нарастающей, магия часа три, часа полтора работа с шестами они же копья, — это уже Хэрн настоял и, в конце концов, хозяйственные работы до вечера и похода к Бобику.

Спим почти всегда у Бобика (только во время дождя приходилось уходить домой) уж больно свежо было. И весь день кроме фиксированного времени занятий языками, тиран разговаривает со мной только вслух, игнорируя мысленные позывы, с утра на общем, во время стрельбы из арбалета и обед проходит у нас под действием утончённого эльфийского языка, а после обеда вспоминает имперский.

А вот ножи метаем постоянно даже при приёме пищи, благо щиты установлены везде, а мишени для арбалета сделали новые из лиан и стволов деревьев, выловленных в затоне у грота. Кстати выловили всё и дров получилось очень много. Место в тренировочном зале конечно много, но и дрова мы складывали под самый потолок. Самое трудное разрубить деревья томагавками, удовольствие не из приятных, но мы справились.

Хэрн очень деятельный, за первые два дня были переделаны все хозяйственные дела, что я планировал на будущее.