Малыш Гури

Они расположились буквально перед постами охраны большого войска."

"Тысяч двадцать пять не меньше. В лагере противника царил образцовый порядок. Отряды расположились строго в соответствии определенного плана. Даже горевшие костры вокруг, которых расположились на отдых уставшие бойцы, были выронены словно по шпагату. Особенно бросилось в глаза, усиленная охрана телег и повозок, обоза войска. По опыту, барон понимал, всю тщетность ночной атаки гарнизона, только раззадорят и есть большая возможность у себя на плечах привести противника к себе в крепость.

Он, было, попытался объяснить всем их заблуждения, но к его стыду, его никто слушать не стал, а просто сказали, что, если он ещё раз без разрешения откроет рот…, его просто прирежут.

Примерно через пару часов, когда уже начало светать, весь небольшой отряд вместе с мальчиком сели на коней. Как понял барон, вот-вот поступит команда к нападению, но произошло нечто странное и необъяснимое.

Внезапно заволновался под ним, обычно весьма флегматичный боевой конь и не слушая удил прижался, почти в плотную, к группе всадников охраны окружавших маленького мэра. Вдруг все всадники, включая и его коня, резко с места перешли в галоп и понеслись по дороге, в сторону крепости.

Бешеная скачка длилась без остановок, прям до тёмной громады, выделявшейся на светлеющем небе огромным тёмным пятном. Не сбавляя скорости, даже через капитальный мост, перекинутый через бурный поток широкой реки…, отряд продолжал свой безумный ночной рывок.

И вот перед ними высокие крепостные с почему-то распахнутыми настежь воротами.

Барон всю дорогу не мог отогнать от себя мысль, будто их маленький отряд преследует вся конница противника. Но поворачиваться корпусом назад, при такой скачке, опасался. Когда выехали на мощеную дорогу, до его слуха неожиданно донёсся топот тысяч лошадиных копыт.

ПониМание того, что защитники сами своими руками сдают крепость противнику, всколотило в душе ярость. Он попытался осадить своего верного четвероного друга и встретить противника грудью, но сделать это не удалось. Чувствовалось, что верный друг и рад бы послушаться, но прижатый почти вплотную к мчавшимся рядом всадникам, остановиться просто не смог.

Безумная кавалькада буквально влетела в крепость, но к удивлению барона, задерживаться нигде не стала, а по главной центральной улице, на прежней скорости, домчала испуганного барона до противоположных ворот.

Мельком наблюдая за людьми мэра, барон, к своему изумлению, не увидел волнения или страха, словно такая гонка обычна для этих воинов или прежде они что-то подобное уже совершали. От крепости отряд повернул в сторону одного из горных кряжей, виднеющегося с левой стороны от крепости.