Гуманный выстрел в голову

 — Какая я великая грешница? Ну что я такого сделала?

— А ты нахалка. А этот труп — это ты как объяснишь?

— Я убила демона. Уже за это мне должна быть обеспечена дорога в Рай.

— Знаешь, ты — лучшая из моих клиентов. Я тебя лишь легонечко подтолкнул. А дальше ты сама помчалась под гору семимильными шагами. Все твои поступки тебе в чистилище растолкуют. Но ответь мне: какого из смертных грехов ты избежала?

— Чревоугодие! — торжествующе закричала Дарья.

— С твоей-то охотой за обезжиренными и экологически чистыми продуктами? Не смеши, это тоже желание угодить чреву. Но сопряженное с боязнью за фигуру.

— Тогда гордыня…

— А как назвать то, что ты решила, что лучше, чем Бог, знаешь, какая судьба тебя устраивает? Вспомни, все началось с диплома. Но потом ты хотела все большего и большего…

— Сволочь! — чисто по-женски отреагировала Дарья Сергеевна на эти обвинения демона. И метнула в него то, что оказалось под рукой.

Зажигалка пролетела рядом с собеседником, стукнулась об стену и упала на кровать, по которой сразу же заплясали язычки

пламени.

— Не прощаюсь, скоро увидимся, — сказал Эд и растворился в воздухе.

Даша нервно оглянулась по сторонам. Вокруг бушевало пламя, готовое в любую секунду наброситься на нее. Выхода не было. И тогда, вместо того чтобы кричать, звать людей, Даша вдруг неожиданно для себя расплакалась. Беспомощно, по-детски…

Михаил Сенин и Юлия Сойка

УБОГАЯ ЭЛЬФА

Вечер в тихом лесу. Сквозь молодую зелень и застаревшую хвою пробиваются солнечные лучи, освещая дом, растущий на кленовых ветках. В доме четыре эльфа рассматривают лежащее на лавке и тихо посапывающее существо.

— Пожалуй, его не стоит показывать матери, — говорит старик Розаниэл. Он так стар, что и сам не помнит, сколько ему исполнилось. Но при случае любит рассказать, как воевал вместе с королём Арглоарлом Четвёртым в войне Сломанных Ветвей десять тысяч лет назад, будучи уже весьма опытным воином. Правда, частенько путается, отвечая на вопрос о том, на чьей стороне и против кого он воевал."

"— Да-да. Такой удар! — отвечает Кэганиэль, его старший ученик и помощник. — Какое уродливое дитя! Ужас!

— Как такое могло случиться? — Это юная Свиристель, которая всего пятьсот лет, как разменяла пятое тысячелетие. — Господин, вы уверены что это не орчёнок?

— Уверен! — Голос Розаниэла твёрд и холоден, как клинок звёздной стали. — Свет Зеркального Алмаза не потемнел и не исказился. Это эльф.

— Ужас! Первое дитя эльфов за три тысячи лет… — робко подаёт голос Горчичное Зёрнышко, самый молодой в этой компании. Он ещё не получил права на взрослое имя, но уже придумал его. Известное дело, молодёжь всегда стремиться вперёд и за шесть сотен лет до Игр Посвящения он будет смаковать эти звуки.