Гуд бай, дядя Сэм!

Как будто мексиканцы не знают, с кем имеют дело!

– Бей гринго!

Мексиканцы нахлынули и отхлынули под ударами дубинок, утирая слёзы, сопли и кровь.

Ах, они так, они наших бьют! В смысле, мексиканцев.

Толпа бросилась назад, чтобы вооружиться камнями, бутылками и горючим из бочек. А тут как раз прутья арматуры нашлись, которые на стройку везли, но не довезли! И толпа вновь придвинулась к линии границы. И в этот момент…

– Выпускайте детей.

Со всех сторон цветными стайками побежали празднично одетые дети со своими мамашами и с флажками в руках. Подбежали и встали между солдатами и толпой, размахивая флажками и хлопая на американских «рейнджеров» широко раскрытыми глазками. Потому что они впервые так близко видели настоящих, с винтовками, белых солдат.

Ну и что тут будешь делать?

Дети полезли на солдат, чтобы потрогать их, пощупать ружья. Потому что это дети, а дети любопытны от природы. И мамаши им в этом не препятствовали. А может, не мамаши, кто их разберёт!

Солдаты попятились. Ну, не будешь же колотить детей дубинками по головам, тем более стрелять.

– Газ! – рявкнули сержанты.

В ход пошли баллончики со слезоточивым газом. Но детишки как-то так быстро и разом, как будто тренировались, надели на лица маски для подводного плавания. И всё это мероприятие тут же стало похоже на весёлый пляжный карнавал, с детьми, цветными масками, флажками и аниматорами в форме армии США.

И солдаты отступили еще на шаг, а с ними, вцепившиеся в них ручонками, дети, которые с удовольствием играли в эту забавную игру. Но потом они вдохнули и стали кашлять, но от солдат всё равно не отстали, прижавшись к ним и вцепившись в их штанины, словно ища защиты.

И тут надо было что-то делать, ну или пятиться до Вашингтона! И командиры лично отодрали детские пальчики от формы и оружия, оттеснили их в стороны, образуя коридор, в который устремились могучие американские вояки. Хотя делать этого не должны были, так как всеми их уставами и наставлениями предписано не сближаться с толпой. Ну да тут уж все уставы побоку!

И дети стали плакать, а кто-то упал и закрыл лицо ладошками, а мамы стали прикрывать их своими телами. И все это снимали с разных точек какие-то люди с видеокамерами, подыскивая наиболее интересные и выигрышные ракурсы и панорамы. Особенно удавались крупные планы – испуганные детские глаза, ладошки на лицах, оскаленные физиономии американской солдатни и бульдожьи лапы «рейнджеров», ломающие хрупкие детские пальчики.

И тут, конечно, началось!

– Там наши дети! – раздался истошный женский крик.

И мексиканские мужчины, прихватив арматуру, бросились на обидчиков детей, и все сошлись стенка на стенку, как в уличной драке, потому что случившиеся не вписывалось ни в одну инструкцию.