Группа специального назначения

Максим уже выворачивал баранку вправо…

Что-то приключилось с их машиной! Она еще ехала, но скорость падала. Он выжимал до упора педаль акселератора, но двигатель не реагировал. Машина встала, упершись в кочку, пассажиры потрясенно замолчали.

— Командир, у тебя же бензин кончился! — вскричал Буторин. — Посмотри на стрелку, она же на ноль упала!

Такого не могло быть. Малютин обещал, что одной канистры хватит на триста пятьдесят километров! И все же индикатор топлива наглядно свидетельствовал, что бензина нет.

Шелестов спрыгнул на землю охваченный страшной догадкой. Обежал кузов, лег на землю, заполз под днище. Топливный бак действительно протекал! Видно, ударил на колдобине в лесу.

— Трещина в баке! Живо вторую канистру! — закричал он, выбираясь из-под машины.

— Так трещина же… — сглотнул Буторин.

— Плевать! — взорвался Максим. — Пока все вытечет, успеем проехать пару верст! Живо, мужики, живо…

Сосновский уже вытаскивал из багажника тяжелую канистру. Буторин вывинчивал крышку бензобака.

Но беда никогда не ходит одна! С запада из-за леса выворачивал массивный грузовой «Опель» с брезентовым тентом. За ним неторопливо пылили мотоциклы. Сердце сжалось, паника молнией сверкнула в голове!

А дальше началась свистопляска. Он метался между лесом и машиной, орал женщинам, чтобы бежали в чащу. Направление — северо-восток! Буторин, ты теперь родная мама Вайсману! Тоже в лес! Остальным — держать оборону!

Они стреляли из автоматов — ударили дружно, в три руки. Сосновский кувыркнулся в канаву. Коган присел за машиной. Максим перекатился в поле, вскочил на колено, бил короткими очередями, придерживая выскальзывающий из руки диск.

Для немцев тоже все вышло неожиданно. У «Опеля» треснуло лобовое стекло, тем, что в кабине, досталось крепко. Машина сошла с дороги, выкатилась на поле.

Из кузова выпрыгивали солдаты. Одни скачками уносились прочь, залегали, другие замертво валились под колеса. Орал подстреленный в живот унтер, захлебывался, скреб землю ногтями. С офицера, размахивающего пистолетом, пулей сбило фуражку — он перестал командовать и юркнул за колесо.

Из-за машины с ревом вырвались два мотоцикла. Загрохотал пулемет, пули пролетели над головами, не причинив вреда. Автоматы продолжали долбить. Голова пилота головного мотоцикла окрасилась кровью, он повалился на сидящего сзади. Мотоцикл запрыгал по ухабам, заорал пулеметчик в люльке, бросив свой пулемет. Мотоцикл перевернулся, пули пробили бензобак, и на дороге вспыхнул яркий костер.

Краем глаза Максим видел, как убегают в лес женщины, как врываются в кустарник. Буторин пинком спровадил Вайсмана за поваленное дерево, перепрыгнул, схватил за шиворот, потащил в лес, словно неживого…

Экипажу второго мотоцикла тоже не повезло.