Группа специального назначения

Подозреваются в дезертирстве, немцы перекрыли дороги, ведущие на юг. Вы хорошо спрятали тела?

— Хорошо, — кивнул Максим.

— Ладно, в следующий раз действуйте по-другому, когда захотите получить транспорт. Будем надеяться, что обойдется. У вас не больше суток, прежде чем версия с дезертирством поменяется… или обнаружатся тела. Договоримся сразу, я уйду, и вы про меня забудете. У вас есть план?

— Пока нет, Герман. Наблюдаем. Стоит рассмотреть возможность зайти со стороны реки. Для этого нужно ждать вечера.

— Да, вы правы, река — это слабое место, — согласился Герман. — Я не такой знаток, но кое-что подсмотреть удалось. Вайсман — не трус, он убежденный фанатик своего дела, человек, владеющий огромным объемом секретных данных. У него прекрасная память, завидные организаторские способности, связи в высоких кругах. Он человек, хорошо знакомый с Канарисом, главой военной разведки. Вайсман в этом городке чувствует себя в безопасности. Но охрана ему положена, и она работает. Вайсман только вчера прибыл из Германии, он отсутствовал в этом районе больше двух недель, и мы начали тревожиться. Но нет, все нормально, теперь он здесь, держит в руках все нити, управляет невидимыми процессами. Что касается вашего покорного слуги, то он способен лишь передавать и получать сведения, у меня нет физической возможности выкрасть Вайсмана и переправить к нашим. У меня другие задачи, надеюсь, что я выполню их до конца, — при этих словах у капитана побелели скулы.

Шелестов постеснялся спросить, кто он по национальности. Возможно, немец. «Национальный ценз» работал. Имелся негласный запрет принимать на те или иные должности людей определенных национальностей. Но исключения имели место. А если руководство мыслило нестандартно и доверяло человеку, то эти исключения становились правилом.

— Территорию охраняют несколько автоматчиков. Вайсман не хочет раздувать штат охраны, и это нам на руку. Ворота, часть периметра, обратная сторона. Река, вы правы, слабое место. Она называется Зброев. Не отличается шириной, но глубокая, с сильным течением, есть омуты. На севере Зброев граничит с территорией конторы Вайсмана. У него комната во втором здании, вы могли его видеть справа. Там спуск к реке, место для купания. Мужчина спортивный, когда я был у него вчера вечером, он купался и выглядел довольным. Дальний берег не контролируется. По левому берегу иногда курсирует часовой, но предпочитает в вечернее время не мозолить глаза хозяину. Такое попечение его раздражает.

— Вы вхожи к Вайсману, Герман?

— Да, я был у него вчера, был сегодня. Привожу сводки из штаба дивизии для него лично и его аналитиков. Это данные полевой разведки, отчеты радиогрупп, информация о немецких войсках и тому подобное, вплоть до прогнозов погоды.