Грубиян

Весёлая атмосфера, царившая в чате, испарилась словно утренний туман, стоило нам всем посмотреть на Костяна.

— Ну и кто она? — спрашивает Ёжик.

— Полина Молчанова, — глухо отзывается тот.

Некоторое время хмурюсь, потому что фамилия вроде знакома, но откуда — не могу вспомнить.

Первым лицо светлеет у Романова.

— Дочь того мужика, которого ты чуть не угробил?

Костян болезненно морщится и кивает.

— Она самая.

— И чё ей надо? — непонимающе хмурится Лёха. Если честно, я и сам мало что понимал. — Грозится расправой за любимого папочку?

Матвеев качает головой.

— Хуже.

Мы с парнями переглядываемся.

— Только не говори, что ты снова на него наехал, и твоё дело снова открыто! — стонет Ёжик.

Я пока предпочитаю молчать, потому что на эти выпады парней Костян совершенно не реагирует, а, значит, дело тут совершенно в другом.

— Никто ни на кого не наезжал! — огрызается Костян и бросает страдальческий взгляд в сторону Романова, который подозрительно щурится и, кажется, единственный из всех начинает понимать, что именно происходит с нашим лучшим другом. — Просто я… в неё влюбился.

Видели картину Эдварда Мунка «Крик»? Вот примерно такое выражение застыло сейчас на лицах у меня и парней в ответ на откровение Костяна.

— Да вы оба надо мной издеваетесь! — ворчу я, обращаясь к Егору и Косте. — Чё вас так в прошлое-то тянет? Я оттуда никак сбежать не могу, а они добровольно возвращаются!

Ну, по сути, если рассуждать логически, можно проследить какую-то мистическую взаимосвязь у парней: Оля — девушка, которая четыре года назад чуть не посадила долбоёба-Ёжика — ибо голову надо хоть изредка включать — и Полина — девушка, отца которого тогда же сбил Костян и тоже чуть не сел за это. Мрачно подмечаю, что все последние события, произошедшие в наших жизнях, напоминают мне грёбаный психологический квест — «Найди выход из задницы» называется…

— Ты вообще понимаешь разницу между словами «любовь» и «месть»? — недовольно ворчит Егор.

Пропускаю его слова мимо ушей — Кирилл вон тоже просто собирался выиграть спор у девчонки, которая через два месяца стала его женой. Но напоминать об этом Ёжику не стал — он сам поймёт, когда придёт время.

Перевожу взгляд на Лёху, у которого выражение лица как у человека, которого предал весь мир.

— Вы — худшие друзья, которых только можно представить, — отворачивается он.

Мы коллективно смотрим на Шастинского.

— Кстати, об этом, — широко ухмыляясь, начинает Кирилл. — Когда мы услышим о твоём падении в собственных глазах?

Лёха хмыкает.

— Не дождётесь.

Егор вновь поворачивается к Косте.

— Значит, ты влюбился, а она не оценила?

— Полагаю, глупо влюбляться в человека, по вине которого твой отец чуть раньше времени коньки не отбросил, — бурчит Костян в ответ.