Грозовая охота (СИ)

доверия было бы

достаточно.

Я икнула, немного протрезвев - этой темы явно не стоило касаться.

- Спать? - спросил Бутч, когда я начала подниматься.

- На воздух, - качнула головой я. - Нужно проветриться...

***

Я стояла на втором скате крыши. Снег валил стеной - задний двор было почти не видно в

белесой дымке, и только желтые огоньки светильников охраны на постах виднелись едва-

едва.

Бутч хотел скастовать купол тепла, но я остановила - мне хотелось чувствовать, что я живу,

а не прятаться за куполом.

Флейта, подаренная Серыми, светилась нежным пульсирующим розовато-молочным

светом. Кисточку я оторвала и швырнула вниз - к демонам Я-сина.

К демонам предков! К демонам этих старых хрычей!

Сегодня всех - к демонам!

Больше всего мне хотелось сейчас сыграть Призыв, чтобы толпа тварей пришла и очистила

этот мир, чтобы всё стало просто и понятно - есть свои и есть чужие. Есть те, кто должен

жить, и те, кто должны умереть.

Говорят, Высшие - такие твари. Это оскорбление. Для тварей.

Твари честны и последовательны в своих желания - защитить дом, поесть, напасть на

захватчиков. Твари не плетут интриг и не играют в игры, у тварей все просто. И честно.

Сегодня я бы очень хотела быть тварью. Знать, кто враг, а кто друг. Чтобы жизнь стала

простой и понятной.

Иногда продолжать оставаться людьми так сложно.

Я поднесла флейту к губам, и первые ноты мелодии прозвучали в морозном воздухе. Флейта

стонала и плакала, звуки, которые должны убаюкивать и успокаивать, сегодня наоборот

бередили и тревожили душу.

Ещё одна нота - и звук взмывает ввысь. Бутч слушал молча, на расстоянии, прикрыв глаза.

Я играла, волосы трепал ветер, падал снег - снежинки таяли на щеках и стекали вниз

солеными каплями, флейта стонала и плакала... я играла Колыбельную.

Сзади вспыхнули плетения, и следующий куплет разнесся над всем поместьем - Бутч кинул чары усиления звука. Я играла и оплакивала Нике, отца, Фей-Фей и то прошлое, которое

никогда больше не повторится."

"Старое будущее исчезло - плакала флейта, исчезло навсегда, растворившись в тумане на

вершинах Лирнейских. Сакрорум вырастет и станет прекрасным целителем, и никогда,

никогда не будет помнить. И, может быть, когда-нибудь, столкнувшись на практике или в

госпитале, Нике просто улыбнется, пройдя мимо, но по крайней мере он будет жить. Жить.

Свой долг перед Сакрорумом я погасила - теперь у каждого из нас свой путь, своя дорога, и

нам не по пути.

флейта стонала и плакала. Падал снег, укутывая поместье белым пушистым покрывалом.

Где-то в комнатах за кухней Маги приподняла голову, прислушиваясь, и скорбно покачала

головой - девочка, девочка...

Старик обходил денники, и тоже приподнял к небу подслеповатые глаза, с наслаждением

покачиваясь в такт мелодии... Старику всегда нравилась Колыбельная...