Грозовая любовь

Они стали единым целым, ее тело натягивалось, как струна, следуя за ним. А потом наступило счастливое освобождение.

Первое, что пришло в голову Саманты, была мысль: на этот раз она не поцарапала его. Потом увидела, как он потирает плечо и морщится от боли, и поняла, что ошибается.

— Gata! У тебя острые зубы. Заниматься с тобой любовью вовсе небезопасно.

Саманта рассмеялась было, но увидела, что Хэнк хмурится.

— Извини меня. — Она коснулась его плеча. — Хочешь, чтобы я посмотрела твою рану?

— Спасибо, я сам этим займусь.

— Все-таки позволь мне подняться. Он отодвинулся в сторону, но затем положил руку ей на плечо, так что она не смогла встать.

— Ты будешь спать здесь.

— Не смеши меня.

— Я совершенно серьезен, Сэм. Ты будешь спать со мной на седельных сумках. Это лучше, чем валяться на голой земле.

— Меня это не беспокоит, — ответила она пренебрежительно. — По мне лучше спать на кактусах, чем с тобой.

— Сэм, мне плевать на то, что ты предпочитаешь. Я хочу, чтобы ты была со мной. Я не допущу, чтобы ты бодрствовала, пока я сплю.

Он оделся и стал одевать ее. Она запротестовала, но он оттолкнул ее руки. Потом он накрыл ее одеялом, лег рядом и обнял.

— Когда ты сердишься, твои глаза напоминают мне драгоценный камень: они искрятся и сияют. Надеюсь, для меня?

— Ты говоришь это, чтобы позлить меня? Он засмеялся.

— Мне нравится твой темперамент. Знаешь, что меня больше всего восхищает в тебе?

— Не хочу даже слышать об этом, — холодно сказала она. Потом, помолчав, спросила:

— Что именно? Хэнк положил руку ей на грудь.

— Больше всего мне нравятся твои глаза, в которых выражение ненависти так легко переходит в страсть, когда…

— Замолчи, черт тебя побери! — И заткнула уши, но все-таки услышала его слова:

— Надеюсь, что в следующий раз, когда мы займемся любовью, ты не будешь поднимать шум из-за пустяков.

Она ничего не ответила. Пошел он к черту! Еще день, и она окажется рядом с отцом. После этого она вообще забудет о Хэнке Чавесе.

Глава 29

Уже шесть дней они были в пути. Хэнк совсем не торопился. Собирались по утрам они не спеша, лагерь разбивали рано вечером. Казалось, его вообще не волнует, что кто-то может их преследовать.

Когда они въехали в маленькую деревушку, уставшая Саманта приободрилась. Она не знала никого из здешних жителей, но здесь была церковь, а значит, можно было рассчитывать на добропорядочных граждан. Найти помощь стало ее навязчивой идеей. Нужно только поговорить так, чтобы об этом не знал Хэнк.

Они остановились перед таверной, и Хэнк вошел туда. Остальные не сошли с лошадей. На улице было темно, лишь из окон некоторых домов струился свет, да к стене церкви был прикреплен факел.

Минут через двадцать Хэнк вернулся и снял Саманту с седла.