Гротеск

Какие поцелуи? Им и в голову такое не приходило. Наши с Чжаном взгляды встретились. Какое чудо произошло там, на крыше! Первый раз в жизни. Экстаз! Пережив это снова, можно завоевать для себя целый мир. Я обвила Чэня И руками — захотелось слиться с ним в одно целое. Мое левое бедро ласкала теплая рука Чжана. Дракон по примеру приятеля оглаживал правое. Сразу трое!.. О таком и мечтать не приходится. Я — королева! Как же хорошо! В этот самый миг взорвались мы оба — и я, и Чэнь И. Это был второй оргазм в моей жизни. Чжан положил руку мне на голову и прошептал:

— Ну как? Понравилось? — Его голос был хриплым от возбуждения.

Я встала, подобрала парик, отлетевший в другой угол. Чэнь И стыдливо повернулся ко мне спиной и стал торопливо натягивать костюм. Дракон курил, не сводя с меня глаз. Я снова надела парик, закрепила его шпильками и тоже начала одеваться.

— Можно в туалет?

Чжан указал на фанерную дверь возле прихожей. Я встала на ноги, все поплыло перед глазами. Неудивительно. Ведь я в первый раз обслужила одного за другим трех мужиков. В этот день столько всего было в первый раз, что я, еле волоча ноги от усталости, с трудом добрела до туалета. Отворив дверь, увидела залитый мочой пол. Меня чуть не вырвало. Какие же свиньи эти мужики! Загаженный туалет, мусор на лестнице, забитые грязью швы между соломенными матами на полу — везде одно и то же. Почему все так? Теперь я воспринимала окружающее иначе. Убожество! И никуда не денешься. Сдерживая слезы, я справила нужду и вышла из туалета.

— Ну что? Может, теперь со мной еще разок? — спросил Чжан, ловя мой взгляд.

Я тряхнула головой:

— Что же у вас такая грязь? Я чуть в обморок не упала.

— Да ладно тебе. Спустись на землю.

А какую землю? Что тогда такое мой оргазм? И мимолетный триумф победительницы? Мне снова стало противно, как только что в туалете. Почему? Ну почему?! Это и есть земля. Хотелось навеки остаться в пережитой мечте, в том сне, где я владела миром.

— Я ухожу.

Собравшись, я сунула ноги в туфли и обернулась. Никто из мужиков не посмотрел в мою сторону.

К Дзидзо я вернулась полдвенадцатого. По идее, вот-вот должна была подойти и Юрико. Взглянув на часы, я обвела взглядом улицу. Никого. От холода и усталости во мне закипало раздражение. Я вырвала листок из записной книжки и написала Юрико записку:

Я ушла. Боюсь опоздать на электричку. Сегодня обслужила трех иностранцев. Всех вместе. Конечно, я шлюха последняя, но только в этот момент я чувствовала, будто мир принадлежит мне. Почему? Объясни, если знаешь.

Я положила записку на постамент Дзидзо, но, передумав, порвала ее. Глупость все это! Какая разница почему? Я вспомнила, что говорила Юрико: «Мужиков терпеть не могу. Но люблю трахаться. А ты любишь мужиков и не любишь секс.