Не желайте слишком громко

– А ещё один вообще десять лет голову морочил, - сердце кольнуло застарелой болью. Моя первая любовь… - Я, идиотка, верила, и когда он уехал в другой город и первый раз женился, по залёту, - глубоко затянулась, выдохнула, - и потом, когда со второй женой развёлся, и даже когда у его третьей жены второй ребёнок родился, - не сдержала горького смешка. – Правильно говорят, бабы дуры. А я главная среди них.

Сделала паузу, потому что горло пересохло от откровений. Братья молчали, и мне страшно было взглянуть на них. Жутко не хотелось увидеть жалость, вот просто до звёздочек в глазах.

- Только когда мне вежливо объяснили, что увы, кроме дружбы ничего не могут дать, ибо – долг важнее мимолётных желаний, пусть они и длятся десять лет, - я подняла палец и опять передразнила автора этих пафосных слов, - во мне вдруг проснулась гордость, - мой голос стал язвительным, я словно издевалась над той собой, прошлой, не позволяя жалости запустить ядовитые когти в сердце. – И я просто послала его, далеко и надолго, и вообще перестала общаться. Игнорировала сообщения и письма в почте, а потом появился ОН, – с неуместной торжественностью выделила последнее слово. – Та самая Любовь с большой буквы, которую я типа ждала всю жизнь, - почти не замечала, что слишком разговорилась и выставляю на обозрение вещи, о которых бы стоило умолчать. Но Остапа понесло, слишком долго молчала, видимо. – Только слишком глубоко сидел во мне страх потерять любимого человека, - взяла себя в руки, и заговорила отстранённо, холодно, лицо стянуло, и оно застыло, словно маска. – Потому что я не могу по-другому объяснить, почему соглашалась пахать за двоих, когда этот прЫнц грёбаный болтался на своей работке на пять штук в месяц, появляясь там часа на три в день. А я в семь уходила, и в семь возвращалась, имея только одно желание – упасть и уснуть. От меня же ещё требовали ласки и нежности, - с горечью усмехнулась, полностью погрузившись в прошлое, и вообще позабыв, что меня кто-то слушает. – Господи, я ребёнка от него хотела! – вырвалось совершенно помимо моего желания. Обратила внимание, что пальцы – ледяные, несмотря на тёплый чай, и тело сотрясает мелкая дрожь. Приехали, подруга, эк тебя колбасит.

     Я снова замолчала, судорожно вытряхнув из пачки сигарету. Курить хотелось, не переставая, а вот слышать комментарии безмолвных слушателей – совсем нет. Тишина резала уши, и я торопливо продолжила.

- Я много чего спускала ему с рук, именно потому, что изо всех сил убеждала себя, что люблю и у нас очень доверительные отношения – возвращался-то он ко мне, жил-то со мной, - я ничего не могла поделать с кривой усмешкой, она будто приклеилась к моим губам. – И… много в чём чувствовала себя виноватой, - с трудом сглотнула и затянулась.