Гром Раскатного. Том 3

Аккумулятор я закончил с чувством удовлетворения. Ёмкость внутри была увеличена на пятьдесят процентов. Запихнул туда пару катушек, пару плат управления, и теперь аккумулятор будет не только аккумулировать в себе магический ток, но и менять его резкость.

Без артефактов! Как это было на трансформаторе!

А измененная резкость мне нужна была по одной простой причине — менять питание, которое требует Стрелка, пока находится у себя на «хате».

Когда я нахожу След, остаточный магический ток в нем имеет резкость в сорок обусловленных мною единиц. Такое не используют нигде, да и нет оборудования, чтобы менять резкость на такую низкую. Все подстанции и электроприемники используют стандарт в сто единиц. И иного не дано.

Артефакты, которые были обнаружены мною на трансформаторе, меняли ее до девяноста трех, отчего оборудование горело. Но белка — не оборудование. Пониженная резкость позволяет ей менять свой организм. Укрепляться и совершенствоваться, что было нужно мне.

Так что каждый заряд будет меняться, но не сразу, и это пойдет ей только на пользу.

— Я понимаю, — до меня донесся голос Гоши, когда я поднялся из подвала. — Но мы не занимаемся этим!

— Но почему? Он же не работает! А у вас компьютеры… — также я услышал женский голос.

У стойки администратора стояла дамочка, вполне вменяемая на первый взгляд. Она трясла перед лицом Гоши телефоном и твердила, что нужно срочно его починить.

— Мы не занимаемся ремонтом, — монотонно продолжал твердить Гоша. — Женщина, мы не сервис…

— Погоди, Гош, — я подошел к ним, приветливо улыбнулся и спросил: — Что у вас случилось?

— Не работает, — расстроенно повторила мадам. — Сколько ни тыкаю, не работает!

— Давайте я посмотрю.

Беглого осмотра, а точнее, одного взгляда хватило, чтобы разобраться в проблеме. Сдох аккумулятор. Причем модель телефона была свежая, а вот аккумулятор по какой-то причине был старым.

Может, перекупы его продали, вот и собирали из всего, что подешевле?

— Угу, понятно, — я перевел взгляд на мадам. — За ремонт возьму пятьдесят рублей, как за стоимость нового аккумулятора. Все-таки именно он у вас помер.

— Дорого! — возмутилась она. — Грабеж!

«Ага, грабеж. Телефон за полторы тысячи, значит, ей недорого, а отдать пятьдесят рублей, чтобы он снова заработал, это дорого?»

Я покрутил в пальцах эту причудливую штуку с откусанной грушей, выгравированной на заднем корпусе, и пожал плечами. Мол, ну, не хотите, как хотите. Мне не горит.

И все же она согласилась, хотя я больше ничего не предлагал. Сугубо для вида я покопался в нем, делая умное лицо, и по итогу заработал еще полтинник.

Хех. Клево-плево!

Рабочий день закончился в половину шестого вечера. У нас не было четкого графика закрытия, но вот насчет этого нужно было думать.