Гром победы, раздавайся!

Вдруг слева, шагах в трехстах от ретраншемента поле осветилось новыми разрывами от зажигательных гренад, и там грохнул первый залп из ружей.

– В атаку! – рявкнул Дементьев. – Кто с совнями, вперед! Вот теперь пора!

Второй батальон скатился с вала ретраншемента и понесся в ту сторону, где сейчас била частая россыпь выстрелов.

* * *– Все-таки выскользнули! – процедил сквозь зубы Егоров. – Ведь зашли уже в ловушку! Все же просчитали! Ну как так?! – Лешка в сердцах ударил кулаком по стволу фальконета.

– Две сотни беслы, Алексей Петрович! Две! – с нажимом сказал командиру полка Кулгунин. – Две сотни всадников личной гвардии султана сегодня убито, против одного нашего егеря, которого раненый в темноте кинжалом пырнул! А сколько еще на конях побитыми уехало?

– Я все это умом понимаю, Олег Николаевич, – сказал со вздохом Егоров. – Были бы это сипахи, легла бы их основная масса, а то, глядишь, и все. Просто обидно мне! Понимаешь?! Все ведь пошагово рассчитали, ну кто же знал, что они тремя волнами будут идти?! Вы поглядите, какая слаженность, у этого врага есть чему поучиться! – оглядел он своих заместителей. – Ладно, господа офицеры, две сотни волков мы этой ночью все же прикончили, осталось еще около пяти выбить. Взяли их кровь за кровь наших погибших. Ничего, остальных при штурме еще доберем. Александр Павлович, теперь дело за вами, – кивнул он Рогозину. – Стрелковые и дозорная роты свое уже сегодня сделали.

Весь остаток ночи перед крепостным валом шло какое-то шевеление. С его высоты порой раздавались пушечные и ружейные выстрелы. Турки стреляли наугад, но, впечатленные разгромом элитного отряда султанской гвардии, делать вылазку они более не решались. Утро открыло им весьма нерадостную картину. Двести одиннадцать тел воинов беслы лежали в одну длинную линию перед самыми северными воротами. У каждого трупа на груди лежала шапка-малахай со споротыми с нее волчьими хвостами.

Глава 9. Штурм

Еще не зная о постановлении военного совета под Измаилом, генерал-фельдмаршал Потемкин решил назначить командующим осадной армией генерал-аншефа Суворова. Александр Васильевич был наделен весьма широкими полномочиями.

«Измаил остается гнездом неприятеля. И хотя сообщение прервано через флотилию, но все же он вяжет руки для предприятий дальних. Моя надежда на Бога и на Вашу храбрость. Поспеши, мой милостивый друг!» – зачитывал он ордер командующего всей Южной императорской армии.

Суворов оставил третью дивизию на генерала Дерфельдена и немедленно выехал к Измаилу. Вместе с собой он забрал Фанагорийский гренадерский и Апшеронский мушкетерский полки. Генерал-аншеф остановил отступление осадной армии, разворачивая отходящие от Измаила части обратно.