Гром над Тьмой. Часть 4

Чего ж не искупаться? И визг Эли, увидевшей меня голым, тоже придавал свой антураж. Да и ладно. Я не стесняюсь, а она уже столько за парнями подглядывала, что ее, по идее, ничем не удивить. Сидит, вон, вся красная и делает вид, что не смотрит в мою сторону. Ну-ну, играй себе в стесняшку, а я пока поплаваю. Потом еще и шашлычок замучу. Идти на подвиги на голодный желудок я точно не собираюсь. Если уж помирать, так сытым.

Упс, а вот на это я не рассчитывал! Стоило мне только погрузиться в воду, как внезапно поднявшийся водоворот затянул меня внутрь...

Под моими ногами сухая земля без капли влаги, надо мной черное небо, мигающее мириадами звезд. Тишина, и лишь ветер холодит распаренное тело. Передо мной стоит человек. Его образ плывет, не давая ухватить детали, вокруг него стоит легкое марево, будто он очень горячий. Я не вижу его лица под низко надвинутым капюшоном, но чувствую его пронизывающий взгляд.

Раздаётся сильный раскат грома, и ветвящаяся молния ударяет между нами, на миг делая мир ярче. Потом еще одна и еще... Они начинают бить беспрерывно, усеивая все вокруг чёрными отметинами. И лишь мы всё так же стоим друг напротив друга, безмолвные и неподвижные.

Практически синхронно кланяемся друг другу.

—ТЫ ДОСТОИН!!! -гремит его голос, и очередная вспышка молнии освещает его лицо. Лицо старого воина, покрытое шрамами. Тяжелые брови нависают над глазами цвета ясного неба.

— Дух Грома? —спрашиваю я.

— Изначальный, Предвечный. Я был, я есть и я буду, пока гремит раскатами небо, пугая живущих под ним. Падут миры, уйдет в забытье Творец, но я буду жить, ибо я суть небо, я и есть оно. Незримо я присутствую в каждом живущем, ибо разве каждый удар сердца не есть гром? А молнии — разве это не чувства — такие же яростные и безудержные? Вы, ходящие тропами неба, как никто должны знать об этом и помнить — мы и есть жизнь. А теперь хватит умных речей. Я знаю, зачем ты здесь, поэтому прими от меня мой дар и мое проклятье вечной жизни.

— Да я как бы и так бессмертен... — что-то мне его слова насчет проклятья не сильно понравились. —Так что согласен только на дар.

— Одно идет за другим, пока еще ты человек, Владислав. Ты поймешь, ты узнаешь. Не сразу, но к тебе придет понимание моих слов. А пока владей и помни — мы есть связь между живыми и мертвыми. Мы приходим с неба молнией, что связывает одним концом небо с землёй, ибо пройдя через зримое воплощение царства разумных она уходит в землю, царство мертвых. Так и ты однажды уйдешь туда, откуда нет возврата. Тогда ты передашь мой дар своему потомку, чтобы он и дальше нес этот груз. Ибо наше проклятье — жить вечно, видя, как гибнут миры, гаснут звезды и растворяются в реке времени те, кто нам дорог. Путь бога — путь одиночества.