Гром над Империей. Часть 4

Ириска жила с Мирами, а у остальных были свои номера на этаже. Правда, как я уже говорил, мой был самым большим.

Приняв душ, я накинул халат и разжег камин, хотя и было тепло. Мне хотелось просто послушать, как трещат дрова, и ощутить легкий жар стихии, что иногда протягивала ко мне свои языки, будто щенок, что требует ласки.

На щелкнувший замок входной двери, я не обратил внимания, потому как знал, кто пришел скрасить мою ночь. Соткавшись из полумрака, Настя в одном черном пеньюаре, под которым ничего не было, скользнула ко мне и уселась на колени, просто прижавшись и спрятав голову у меня на груди. Так мы и сидели молча, глядя на огонь, который весело трещал дровами, радуясь теплу, что отдавал нам и получал от нас в ответ не менее теплые волны.

Не знаю, в какой момент мои губы нашли ее, и как получилось, что мы стали жарко целоваться.

Черным водопадом с нее соскользнул пеньюар, оставив ее полностью обнаженной. Едва касаясь, я скользнул языком по ее соску, ощутив, как задрожало тело девушки, а после я услышал рык возбужденной самки, что, наконец, дорвалась до желанного самца. Посмотрев в ее глаза, ставшими кошачьими, я ощутил прилив дикой энергии, а после все потонуло в страсти.

Не было мягкой любви и жаркого сплетения тел. Это была битва двух животных — иначе то, что происходило с нами, описать нельзя. Рычание, стоны, визги, искусанные в кровь губы… Я брал ее по праву сильного, требуя полного подчинения, а она сопротивлялась, не желая так просто отдавать свою свободу. Но ей пришлось, её внутренний зверь был усмирен, раны, нанесенные в процессе, быстро затянулись, и рассвет мы встретили, лежа в обнимку на ковре, где нас застали последние мгновенья страсти.

Настя сладко сопела во сне и прижималась ко мне всем телом, заключив в плен рук и ног, будто боясь, что я уйду, а я с глупой улыбкой смотрел на нее, чувствуя себя вымотавшимся, но в то же время полным энергии."

"Осторожно выскользнув из ее объятий, я подхватил Настю воздухом, стараясь не разбудить, и перенес ее в постель, накрыв тонким одеялом.

— М-да, — прошептал я, с некоторым изумлением рассматривая погром, что мы устроили, — надо было быть как-то сдержаннее, что ли… А хотя, пофиг! Главное, что всем понравилось.

На часах было уже семь утра, и я, наскоро приняв душ, отправился на пляж. В такую рань людей там почти не было, и солнце мягко начинало пригревать, намекая на еще один жаркий день. Что ж, побыть одному иногда очень даже полезно.

Поймав на себе пару взглядов служивых, что, по-видимому, никогда не спали, я уютно расположился на пустом пляже. В голове постоянно прокручивались события последних дней, вертелись обрывки мыслей о дальнейших действиях.