Любовь и гром

Если твой полукровка такой страстный, как мне кажется, то завтрашней ночью тебе поспать не удастся.

— Если допустить, что он не устоит.

— Против такого оружия, как у тебя? — Ванесса окинула взглядом одеяние Джослин. Закрывая за собой дверь, графиня улыбалась.

Глава 21

Через открытое окно донесся звук приближающихся шагов. Каблуки чьих-то сапог тихо простучали по тротуару, затем послышался удивленный шепот:

— Бог ты мой, парень, ты напугал меня до смерти!

Но ответа не последовало, и сапоги прошагали дальше, заметно прибавив скорость. Где-то вдалеке взрыкивала лягушка-бык. Ее было слышно только тогда, когда тапер в одном из близлежащих салунов переставал играть. Музыка тоже доносилась словно издалека. Исполнитель играл весьма недурно, и мелодия скорее успокаивала, чем будоражила. Постоянно слышался смех, но все эти звуки были не настолько громкими, чтобы мешать жителям города спать.

Во всяком случае, Джослин не могла уснуть вовсе не из-за них. Если вспомнить, сколько раз она просыпалась посреди ночи от лая койотов или от ругани охранника, когда он, обходя палатку по периметру, спотыкался о колышек и начинал чертыхаться на чем свет стоит, то эти городские шумы казались ей вполне мирными. Хотя они и не убаюкивали.

Джослин устала и все еще не могла успокоиться, размышляя о том, что должно было произойти нынче ночью, и удивляясь, почему она испытывает облегчение от того, что ничего не случилось. В итоге она пришла к выводу, что роль коварной искусительницы не для нее. Придется так и сказать Ванессе. Графиня очень расстроится. Ведь наверняка она, засыпая, строила планы на завтра.

Джослин рассталась с идеей поспать и отбросила простыни. Луна стояла позади гостиницы, а окно ее комнаты выходило на противоположную сторону, поэтому было очень темно. Но глаза Джослин привыкли к темноте. Она без труда нашла лампу и зажгла ее. Потом она прикрутила фитиль, оставив лишь столько света, чтобы отыскать пеньюар и добраться до окна не споткнувшись.

Отодвинув занавески, Джослин разочарованно обнаружила, что смотреть не на что. Луна светила настолько ярко, что лежащие тени были черными как смоль. Крыша балкона находилась в тени, а висевшая на углу вывеска с названием гостиницы перекрывала Джослин вид на улицу. Лунный свет освещал дома напротив. По крайней мере их верхнюю половину. Но ни одно окно не светилось.

Что ей необходимо, так это долгая прогулка. Джослин ничуть не сомневалась, стоящий у ее дверей охранник охотно проводит ее. Но мысль о том, в какое неистовство придет утром сэр Паркер, узнав, что она отправилась гулять практически без охраны, остановила ее.

Джослин вздохнула, сердясь на себя, на Кольта, на свое глупое положение. Если бы не Длиннонос, она наверняка пошла бы сейчас прогуляться.