Г.Р.О.М. 3

— И цена вопроса?

У него дорогой пиджак, но ему маловат, потому что пуговица пиджака на животе едва сходилась, как и пуговицы на его рубашке.

— Пять тонн зелени, — я усмехнулся. — Старый владелец вообще думает, что скоро там всё будет стоить ещё дешевле, вот и торопиться продать. У него инсайд, что там свалка будет, но на деле — торговый центр. Надо сегодня в восемь вечера подъехать обязательно. Деньги — с вас. Прибыль делим так: мне семьдесят процентов, а вам тридцать. Это же я выгодное дело нашёл.

Степанюк принялся торговаться с неожиданным жаром, и сошлись на том, что мне шестьдесят, а ему сорок, и такой же вклад вносит каждый. Получим-то мы всё равно по нулям, ведь никто там ничего не продаёт и не строит, но нельзя, чтобы он заподозрил подставу, поэтому я торговался так, будто действительно должен был получить с этого долю…"

"День прошёл в подготовке, а к вечеру поехали со Степанюком на точку на «Хонде» Лесника. Но у кафе мне показываться было нельзя, они могли сразу открыть огонь. Стрелять пока рано, и сегодня большинство бандитов должно выжить, чтобы паханы группировок не смогли замолчать это дело. Тогда братва будет недовольна, и паханам придётся давать ответку. Но меня там видеть не должно.

Мы придумали план, что мне кто-нибудь позвонит и скажет пару слов, из-за чего я должен буду выйти. Связь в этом районе всё равно плохая, Степанюк услышит только шипение, но обыграть всё надо естественно.

Подозрения будут в любом случае, но тут я рассчитывал на другое — на жадность Степанюка. Если я отойду, он решит, что сможет без меня договориться насчёт участка, и поедет выбивать себе лучшие условия. Он клюнет, сто пудов.

Сошлись на том, что когда мы будем рядом, мне позвонит Валера из больницы и что-нибудь будет говорить, чтобы в трубке слышалось бормотание. Ну а я же сделаю вид, что якобы на точку приехал мой недруг, и мне придётся выйти, но уговорю Степанюка, чтобы он продолжил «переговоры» без меня.

Вот Валера и позвонил, правда, что-то пошло не так. Сказать «что-нибудь» для него оказалось непосильной задачей, а фантазия отключилась.

— Вот звоню, как договорились, — проговорил он, задумался и выдохнул. — Я слова забыл. Блин. Чё делать-то? Чё говорить надо?

— Здравствуйте, Валерий Львович, — начал говорить я совсем о другом, чтобы всё равно разыграть сценку. — Не слышу… не молчите. Что там у вас?

— Птички летают, — тихо сказал Валера сдавленным голосом. Похоже, он просто решил говорить то, что видит вокруг. Ну хоть что-то.

— Да-да, как раз едем, — я закивал. — Уже скоро будем.

Степанюк с беспокойством смотрел на меня одним глазом, а второй косил на заднее сиденье, где лежал портфель с бумагами. Я ранее говорил ему, что там документы на участок, которые надо подписать.