Г.Р.О.М. 3

А выдумали просто — Глеб принёс ксерокопию протоколов и справок с места разборки на стадионе, и Ярику понравилась там одна фраза: «хирургически точные выстрелы». Учитывая, что палил Денчик метко: один выстрел — один труп, прозвище прилипло к нему сразу.

Так что снайпер Хирург будет прикрывать нас, если что-то пойдёт не так.

Посмотрев на пушки, я вернулся к машине. Абхаз молча смотрел на нас. В лицо он знал всех, кроме Дениса, видел всех на работе, но что мы делаем, он до сегодняшнего дня не догадывался.

— Мы делаем так, чтобы вся та мразь, о которой я говорил, не чувствовала себя безнаказанной, — продолжил я начатый на улице разговор. — За всё придётся ответить. Мы их ищем, находим и наказываем. Вот и вся правда, Алибек. К тебе присматриваемся давно, а теперь зовём к себе. Решай, с нами ты или нет. Будет опасно, но, знаешь, когда видишь, что всё было не напрасно — иначе на жизнь смотришь, понимаешь, что не зря землю топчешь. Потому что если ты это не сделаешь — никто не сделает.

— Понял, — коротко сказал он.

— И что думаешь?

— Да чё думать? — проговорил Алибек. — Помню же, как вы мэня выручать пришли. Да и другое вроде бы сходится…

Смотрю на него и вижу его чуть постарше, тем отчаянным боевым товарищем, каким он был, когда мы познакомились с ним в Чечне в первую жизнь… конечно, после того как прекратили с ним враждовать из-за какого-то пустяка. Та моя командировка много чего изменила, много на что заставила взглянуть иначе, но всё было не зря."

"— Обычно у нас выходит иначе, — сказал я. — Как было с Валерой, Денисом или Седовым, тем опером, но Седов не в боевой команде. Обычно они сами поступают так, что мы их сразу берём. Но твою проблему решили миром, без стрельбы, и всё равно — зовём. Присмотрелись, никто не против. Правила объясним, потому что всё серьёзно. Наше главное преимущество — что про нас никто не знает, а кто знает — думает, что мы занимаемся чем-то другим. Поэтому и живы до сих пор.

И дав ему расклад, мы готовились к ночной операции. Сталкивать банды лбами — наше главное оружие. В этот раз банды были серьёзнее, но и мы уже на таком этапе, что не участвовать в этом уже не можем. Шестерёнки же крутятся, и не только у нас.

— Ну чё, мужики, — сказал я. — Время. Начинаем.

* * *Говорить вслух будет только Алибек, его кавказский акцент будет дополнительным плюсом. Остальные будут общаться жестами, мы уже сработались, и Костя Левитан объяснял, как лучше это делать.

Хоть и я идейный вдохновитель операции, но всё тактическое планирование на Косте, как на самом опытном. Он и планировал, и настолько был поглощён этим, что даже почти не заикался.

Мы пользовались прозвищами, без имён, но и прозвища называть при всех не будем. Я и сам начал думать прозвищами, а не именами, ведь это уже операция, сейчас всё серьёзно.