Грязная тайна

— Сестра? — присвистывает Тимур и бросает хитрый взгляд на приятеля. Взгляд, который понятен только нам троим.

Страх плотными оковами сковывает тело. Одно лишнее слово, и моя жизнь рухнет как карточный домик.

Тимур довольно быстро включается в ситуацию. Сообщает, что ему приятно со мной познакомиться. Я киваю и бормочу что-то невнятное в ответ. Ужасно волнуюсь и заикаюсь.

Пока Катя разговаривает с Тимуром, я имею смелость посмотреть на Медведя. Успокаиваю себя тем, что не делаю ничего предосудительного. Просто взгляд. Просто глаза в глаза. Просто сорванные тормоза, зашкаливающее сердцебиение и мокрые ладошки.

— Удачи, Мих! — машет напоследок Тимур. — Она тебе пригодится.

Смеясь, он уходит из парковки. Поддержал так поддержал.

Медведь невозмутимо выбрасывает окурок в урну и указывает на автомобиль:

— Кать, на переднее не садись, — предостерегает твёрдым голосом.

— Почему?

— Тим кофе пролил. Давай назад.

— А, ладно. Как скажешь.

Оказавшись в салоне авто, на меня вспышками накатывает ностальгия. Запах Медведя вбивается в ноздри, волоски на коже наэлектризовываются. Вспоминаю, как ехали навстречу опасности и вместе боролись со злом. Именно тогда, на примере Басаргина, мне захотелось навсегда перейти на сторону добра.

Автомобиль трогает с места и мчит по вечернему городу. Я хочу смотреть в окно, но Катя постоянно отвлекает и показывает мне какие-то фотки. То свадебное платье, то торт, то украшения для зала. Восхищаюсь настолько эмоционально, насколько могу.

Затем в галерее попадается картинка-приглашение. Я видела её раньше, поэтому сглатываю ком в горле и мысленно молюсь о пощаде."

"— Кстати, Миш, в эту пятницу планируется крутой концерт! — восклицает сестра, прерывая наш разговор. — Билеты мне уже прислали. На первый ряд.

— Что за концерт?

— Ко Дню города. После праздника обещают фуршет в ресторане для своих.

Басаргин молчит и смотрит на дорогу, а я на его руки с крупными выступающими венами, которые уверенно крутят руль.

— Туда точно приедет Зимин и Карасев, — продолжает заманивать Катя. — Помнишь, ты хотел с ними встретиться? Ах да, на концерте будет танцевать моя Алиска.

Кусаю губы, глядя в зеркало заднего вида. Там сведённые к переносице брови и глаза, в которых пляшут черти.

— Сольно? — спрашивает Медведь.

— Что?

Сестра не понимает, о чём он.

— Танцевать, спрашиваю, будет сольно?

Кате звонят. Она просит прощения, отвлекается и принимает входящий вызов.

— Нет, — отвечаю Мише впервые за всю поездку. — С недавних пор я не танцую сольно.

Перед глазами прямо-таки всплывают картинки погожего летнего вечера. Я плавно качаю бёдрами под музыку, снимаю бретели и оголяю плечо. Низ живота покалывает от возбуждения, соски трутся о ткань сарафана.