Гримуар темного лорда VIII

Это был мой бой!"

"— Ты не права! — возразил я. — И из-за своей жажды мести ты перестала видеть картину в целом. Хотя с твоей силой мы могли… возможно, могли, — поправился я, — не допустить потерь среди нашей гвардии.

Я заметил на себе задумчивый взгляд Наташи, но не понял с чем он связан.

В итоге мы решили отложить этот разговор. Селеста погрузила Ренли в стазис и, перед тем как мы переправили его на остров, я приказал напичкать его транквилизаторами. И пока было время, у меня появилась мысль как Селесте закрыть, как она выразилась, свой гештальт. Но о своей идее я решил рассказать ей позже.

— Командир, — услышал я голос Ставра, когда снял полог тишины. — Здесь два богомола. Они ещё живые.

Я не сразу понял к чему он это сказал. И с моих уст чуть не сорвался приказ добить, как заметил, что он смотрит на Наташу.

«Точно, она же маг смерти», — сообразил я.

— Дима, Наташа, они ваши. И не забудьте извлечь камни силы. Для раскачки источника они подойдут лучше, чем…

— Да, знаю я, — перебила меня Наташа. Она достала из кобуры пистолет и направилась к Ставру.

Через минут пятнадцать послышался гул вертолётных винтов. И прошло совсем немного времени как вертолёт пошёл на посадку. Присмотревшись, я узнал на нем герб баронского рода Елыкаевского.

Лопасти ещё не остановились, а из кабины, чуть пригибаясь, уже вышел молодой человек. На вид ему было не больше шестнадцати лет. Короткостриженый, светловолосый юноша с ничем не запоминающимся лицом.

— Здравствуйте! — громко произнёс он. — Я барон Елыкаевский, Михаил Вениаминович. — И с легкой улыбкой добавил. — Можно просто Миша. — Его взгляд на мгновение скользнул по моей форме, где на груди был вышит герб рода Селезнёвых, а рядом был прикреплён муляж жетона, показывающего ранг. — Граф Селезнёв, — опознал он меня, — примите мою благодарность за помощь в ликвидации прорыва. Если есть что-то, чем я смогу Вас отблагодарить, я весь внимание.

— Приятно познакомиться, барон, — протянул я руку. Никакой враждебности в эмоциональном плане я не почувствовал. И мне это импонировало. — Я пришёл на помощь, потому что провёл в этом городе детство и юность. И мне было тяжело смотреть на то, что тут происходило.

— Я уверен, что если бы не Вы, среди мирного населения моего города были бы ещё большие потери.

Услышав, что сказал барон, я немного растерялся. Мне было непонятно по какому праву он назвал Кемерово своим городом.

— А где гвардия Щеглова? Мне казалось, что после гибели Тулеевых он получил львиную часть Кемерово. — На лице Елыкаевского появилось замешательство, которое не укрылось от меня. — Я что-то не то спросил?

— Да нет… — ответил он. — Просто… Дело в том, что род Щегловых прервался.

Вот тут уж я не смог сохранить беспристрастное выражение лица.