Гримуар темного лорда VII

Из-за того, что ритуал нужно проводить над мёртвым телом, не излучающим энергии, необходимо вырезать на коже несколько рунных цепочек. Иначе диагностирующие чары сработают не так, как надо.

Я вернулся к Кате и разбудил её. Поняв, что я сделал, она обиделась. Пришлось просить у неё прощения, объяснив своё поведение тем, что сегодня не самый лучший день в моей жизни. И нервы у меня на пределе.

— Света умерла? — с надеждой, словно надеясь услышать опровержение, спросила она.

— Мне жаль, — ответил я.

Катя тяжело вздохнула и на её глазах появились слёзы.

— И мне жаль, — сказала она и разревелась.

Примерно через полчаса я дал ей свой телефон, и она связалась с отцом для того, чтобы сообщить, что с ней всё в порядке.

— Алло. — Я сидел рядом и по голосу слышал, что Павлов пьян.

— Папа, привет. Это Катя. Я жива и…

— Катя? Катя! Дочка, ты где? С тобой всё в порядке? Где ты?

— Папа, я жива, и со мной всё хорошо. Я нахожусь в безопасном месте.

— Дочь, ты у Селезнёва?

— Да, — ответила она. — Как ты догадался?"

"— У меня стоит определитель, — ответил он. — Дай мне с ним поговорить, — твердым голосом сказал он.

Павлова подняла на меня взгляд.

— Мой папа хочет поговорить с тобой.

У меня тоже определился его номер, и забрав телефон из рук Кати я произнёс.

— Здравствуйте, Иван Васильевич.

— Здравствуйте, Константин Сергеевич. Могу я поинтересоваться, как моя дочь оказалась у Вас?

— Поинтересоваться можете. Но полного ответа от меня не получите. Могу лишь сказать, что Катя близкий мне человек, и я озаботился её безопасностью. Что помогло ей спастись.

— Я за это очень благодарен. И поверьте, моя благодарность не ограничится простыми словами. Однако, я бы попросил Вас поскорее вернуть её назад.

Катя умоляюще посмотрела на меня и отрицательно покачала головой.

— Я только что прибыл и должен убедиться, что она полностью здорова. Думаю, трёх часов мне вполне хватит.

— Граф, я что-то не помню, чтобы Вы заканчивали хоть какой-то высший целительский ВУЗ. А у меня в роду семь профессиональных целителей. Так что…

— В этом вопросе я не намерен идти на уступки, — не стал я его слушать, и отключил телефон.

— Вау, — произнесла Катя. — В первые вижу, как кто-то столь грубо говорит с отцом. — На её лице появилась лёгкая улыбка. — Жаль, что не вижу его лица в этот момент.

— Тиран?

— Да, — ответила она. — Хотяяя, очень любит меня.

— Нелегко тебе.

— Не хочу говорить об этом. Я тебе уже говорила о том, что Павловых воспитывают в ключе: род превыше всего. — Я кивнул. — Отец умрёт за нас. Но если встанет вопрос — мы или благополучие рода, то…

— Я понял, — перебил я её.

Мы прошли в помещение, где я оставил гроб со Светой.

Катя долго плакала. Мне тоже было погано, но я старался держаться.