Гримуар темного лорда VI

Я ИИ этого корабля, — раздался механический голос из десятка динамиков, что находились в ангаре. — Вы ответили установленным шифром, который ввёл капитан этого корабля. Ваш статус поднят.

— Какой допуск у нас есть? — спросил Андвер Берест.

— Неограниченный, — ответила Альда.

— Где Гай? — тут же спросила Рарри.

— В медицинском блоке в биокапсуле… — начала отвечать Альда. За несколько минут, пока все шли к мед. блоку, она ввела их в курс дела. Кто владел кораблём до Гая. Как он попал на этот корабль. И многое другое. Пугало лишь то, что ИИ не смог ответить, что именно произошло с капитаном.

— Рарри… — успела она услышать своё имя, и уже обрадовалась, что её муж жив и здоров, как его скрутило. И он стал биться в судорогах громко крича.

Пытаясь ему помочь, родственники продали ещё рабов, и на корабль прибыли целители. Но и они не смогли понять, что происходит с тирранцем. Даже повторное погружение в биокапсулу не помогло ему забыться сном.

* * *Восемь часов длился приступ. Видимо это был откат за все те приступы, которые он пропустил, находясь в биокапсуле. Именно такие мысли у него появились, когда он смог открыть глаза и хоть немного прийти в себя.

Все мышцы болели. Лапы дрожали. Сосуды в глазах лопнули…

Но пока он мучился, он отчётливо понял, что с ним сделал Селезнёв. Вопрос был крайне серьёзный. Его сделали рабом!

Но при этом корабль асгардцев был хорошим шансом для его семьи подняться по социальной лестнице. Перед ним стала дилемма…

Оставался вариант умереть. Но и здесь Селезнёв всё предусмотрел. Он проклял его душу. И если он умрёт, то она навсегда исчезнет из небытия.

Рассказать родственникам, что с ним происходит, он не мог. В его голове постоянно звучал приказ срочно явиться к господину. И Гай ничего не мог с этим поделать.

— Мне нужно будет улететь на этом корабле, — сказал Гай.

— Что? Куда? Я полечу с тобой! — тут же встав рядом с мужем сказала Рарри, и остальные родственники согласно кивнули.

— Нельзя. Я столкнулся… — схватился Гай за горло. — Простите, я ничего не могу рассказать. В опасности даже не моя жизнь, а душа! Я знаю, что со мной происходит.

— Внук, а как мы будем жить? — спросил Андвер.

— Вначале мы доставим обогащённый мифрил и продадим его. На вырученные деньги вы отремонтируете шахтёрский корабль. — Гай сделал паузу. — Я надеюсь, что смогу решить свою проблему. И вернуться к вам, — посмотрел он на любимую."

"У Гая ушло больше двух суток на то, чтобы убедить близких отпустить его ОДНОГО. Каждые шесть часов у него происходил приступ, и во время последнего дед, родители и остальные родственники не смогли смотреть на то, как мучается их близкий. В итоге они всё-таки приняли план Гая.

Гай больше не ложился в капсулу. Он понимал, что стоит ему выйти, как проклятие настигнет его.