Гримуар темного лорда I

Краем глаза я заметил, что маг тоже собирает камни силы наряду с остальными.

У нас было два часа, прежде чем появились гвардейцы и начали нас прогонять. Они хотели наложить лапу на мешки, в которые мы складывали камни силы, но на наше счастье очень вовремя вмешался Баринов и «душевно» поговорил с капитаном гвардии графа Тулеева, после чего те забыли про свои помыслы. Однако заниматься сбором камней силы нам запретили, аргументировав это тем, что больше всего существ погибло от налёта авиации.

На этих словах Баринов сделал жест Некрасову, и тот нехотя согласился. Всё-таки ему предстояло здесь жить. И портить отношения с местной властью было бы опрометчиво.

Что касалось Ванеева-старшего, то я нашёл его под трупами жнецов. Он был весь в крови, и вначале я подумал о худшем. Но как же сильно я обрадовался, когда увидел, что он дышит. У него были раны в груди и на ноге. И быстро обработав их, я позвал на помощь Некрасова. Тот, помимо того, что помог мне перетащить Ванеева к машинам, влил ему в горло зелье исцеления. Это помогло остановить кровь. Но ни о каком полном восстановлении и речи быть не могло. Здесь нужны были врачи, а лучше всего целители.

Статистика потерь среди охотников была ужасающей. Из пяти сотен охотников, что перешли через мост Терешковой, выжили чуть больше пятидесяти человек. И это включая тех, кого увезли ранеными до того, как я отправился за чёртом.

— Воды, — прошептал дядя Саша. Мы уже возвращались назад, когда он пришёл в сознание. Я быстро отстегнул фляжку, и помог ему сделать глоток. Он посмотрел на меня уставшим взглядом.

— Цел? — спросил он.

— Повезло, — ответил я.

— А я? — спросил он. Ванееву вкололи обезболивающее, и он не знал в каком он состоянии.

— Два шипа угодили в грудь. Один в ногу. Если бы не бронежилет, то было бы совсем плохо. — И заметив, что Ванеев подумал о худшем: — Князь Баринов приказал вести Вас в армейскую больницу под Ленинск-Кузнецком, скоро встанете на ноги. А расходы покроет гильдия охотников. Так что скоро пойдём вместе на охоту.

Он сжал крепко мою руку, и на его глазах появились слёзы.

— Спасибо, Костя. Спасибо! — после чего он отключился.

Недолго подумав, я написал записку и вложил ему в руку, после чего достал несколько камней силы и положил их ему в карман. Всё это я проделал с молчаливого согласия охотников, что ехали с нами в кузове. И когда дядя Саша вновь открыл глаза, я сказал, что он должен будет делать, когда попадёт в госпиталь.

Машина остановила нас у муниципальной больницы. На территории перед зданием был организован полевой лагерь. Когда мы выгрузились, то в кузов на освободившиеся места тут же погрузили раненых.

В лагере я нашёл Андрея. Он лежал на койке, и увидев меня резко подскочил."

"— Жив, — опережая вопрос друга ответил я.