Грим (ЛП)

Игнорируя шокированный шепот, она подарила Гриму короткий, жадный поцелуй, прежде чем выпрямиться и вместе с ним повернутся лицом к Императору.

— Потомство будет принадлежать мужчине, с которым вы соединитесь! — заявил Бертос, и возбужденный ропот пронесся по Ассамблее при мысли о том, что один из Домов получит сразу трех женщин.

Опустившись в кресло, Бертос самодовольно улыбнулся. Пусть теперь Император попытается приказывать лордам.

— Кто-то умер, и теперь вы стали Императором, лорд Бертос, чтобы делать подобное заявление? — бросила вызов Бертосу Лиза. — Заявление, нарушающее самый основной из всех законов Торниана?

Ошеломленный вздох прокатился по рядам, не столько из-за ее вопроса, сколько по тому, что она посмела обращаться к Бертосу напрямую. Самодовольное выражение исчезло с лица Бертоса.

— Закон Торниана гласит, — Лиза повысила голос так, чтобы слышали все, — что потомство мужчины остается с ним, даже если женщина покидает этого мужчину. Таким образом, вы сохраняете свое потомство, когда ваши женщины выбирают другого, — отходя от Грима, Лиза понизила голос, медленно обводя взглядом каждого мужчину в комнате, прежде чем повернуться к Рэю. — Разве не так?

— Есть такой закон, — кивнул Рэй, задаваясь вопросом, что именно она задумала, ведь Грим на самом деле не манно этих самочек.

— А если этот мужчина умрет, кто тогда отвечает за его потомство? — обратилась девушка к Ассамблее.

— Братья самца, — последовал немедленный ответ.

— Нет! — тут же возразила Лиза. — Закон Торниана гласит, что потомство должно быть возвращено их матери, и уже она либо принимает потомство, либо передает брату самца.

Бертос резко выпрямился.

Как она узнала об этом?

— Это тоже верно, — подтвердил Рэй.

— Этот закон для торнианок! — вскочил Бертос, зло глядя на Лизу.

— И что вас смущает? — Лиза вопросительно приподняла бровь.

— Они не торнианки! — лорд жестом указал на Карли и Мики, которых Грим только что отправил под защиту гвардейцев.

— Не торнианки? — шокировано спросила Лиза, вопросительно глядя на Грима, но не обманув ни его, ни гвардейцев. Они знали, что она делает.

— Конечно, нет, — самодовольно произнес Бертос.

— Тогда почему мы здесь? — она взглянула на лордов, ожидая ответа. — Это уважаемое собрание касается только женщин-торнианок. Вас же не заботит, что другие женщины подвержены риску насилия… Даже со стороны торнианских мужчин… Таких достойных мужчин, как вы все здесь, — она позволила им услышать презрение в своем голосе. — Неудивительно, что Богиня отвернулась от вас, — она повернулась к Гриму. — Мы готовы уйти, мой Король.

— Вас объявили торнианками! — один из лордов сердито взглянул на нее. — Голосованием этой Ассамблеи, еще до отправки «Искателя».