Гридень. Начало (СИ)

Я еще хотел разобраться, да подумать над тем, почему Спирку князь первым вызвал, но не стал зазря напрягаться. Нужно было что-то пожевать, а развязанные узлы Спиридона еще больше стали пахнуть едой.

Душистый хлеб… Не хлеб, а мечта зожника. Отруби тут были во всем, прямо попадались и твердые цельные зерна ржи. Но на голодуху, такой вот хлеб заходил просто в лет. Я не заметил, как уже половина от кругляша в килограмм весу был употреблен. Нашел еще и куриные яйца. Ударил одно и… А влажных салфеток-то и нету. Яйца были сырыми и одно из них я сейчас слизывал со своей правой руки. Неприлично ем, а кому тут до этого дело? А просто стряхнуть с руки остатки разбитого яйца не позволило понимание, что этот продукт не такой уж и массовый, особенно в походе.

Спиридона не было примерно полчаса, насколько я мог чувствовать время, а после он пришел задумчивый и растерянный. Сел рядом и молчит. Знаю я такую ситуацию, когда от меня ждут проявления инициативы в разговоре. Мол, спросить должен: как дела, как встреча прошла, и все такое. Нет, не буду спрашивать.

— И не спытаешь, как склался разговор у князя? — не выдержал Спиридон.

— Неа! — развлекался я.

Еще пауза…

— Он предложил дойти до Киева, а коли сгожусь в чем, так может и оставить при себе. У него в дружине токмо два десятка человек цифирь знают, да письмо, а я писать и за князя могу… — полилась песня.

Не скажу, что не слушал Спирку, нет, напротив, то и дело, но у него проступала интересная информация. Например, Спиридону предложили выстрелить и перезарядить самострел, то есть арбалет. Значит, они тут есть, но используются мало и вовсе, возможно, считаются оружием для слабосилков. Почему? Ну не видел я арбалетов до того, а вот луки присутствовали у многих, тот же Мирон имел сложный составной, или как еще он назывался. Композитный лук?

— Получилось выстрелить и перезарядиться? — спросил я безучастным голосом.

— Нет, там сила потребна, недотянул. Ногу вставил, тянул, тянул, тянул… — рассказывал Спирка.

— Тянем-потянем, а вытянуть не можем… — отрешенно на выдохе сказал я.

— Ты правым был, не хотел князь попервой меня оставлять. Сказал, кабы я двадцать гривен платил за то, что с дружиной пойду. У меня только и нет, — Спиридон замялся.

— Ну и потом ты пересказал князю то, что я говорил. Он подумал и решил оставлять, — догодался я.

— Да, так и было. А еще спрашивал князь, могу ли крестить я, али исповедовать, церковное служение провесть, — продолжал дьячок."

"— А ты что? — вновь почти что безразлично спросил я.

— Так не рукоположенный я, как можно? — деланно удивился Спиридон.

— А что, Илья рукоположен? — тут я уже немного заинтересовался.

— Говаривал, что у самим Царьграде-Константинополе рукоположили его, — с придыханием ответил дьячок.