Королевство грез

Но кем считали ее сидевшие в зале мужчины – беззащитной жертвой или обычной потаскухой, – она знать не могла.

Отец стоял у камина, напряженно повернувшись спиной к гостям.

– Вы желали меня видеть, батюшка?

Он заговорил, не оборачиваясь, и от его грозного тона по спине у нее побежали мурашки.

– Сядь, дочь, – велел он, и кузен ее, Ангус, мгновенно вскочил, предлагая свой стул. Поспешность и готовность, с какой он совершил этот жест вежливости, застали ее врасплох.

– Как поживаешь, Дженни? – спросил Гаррик Кармайкл, и она ошеломленно уставилась на него, а к горлу у нее подступил комок. Впервые после гибели Бекки отец ее заговорил с ней.

– Я… очень хорошо, – шепнула она, глядя на него и вкладывая во взгляд всю душу. – И я… благодарю вас, что спросили, Гаррик Кармайкл.

– Ты храбрая девчушка, – проговорил другой родич, и сердце Дженни заныло.

– Точно, – подтвердил следующий. – Ты настоящая Меррик.

В голове ее тотчас мелькнула радостная мысль, что, невзирая на необъяснимо мрачный вид отца, похоже, настает лучший день в ее жизни.

Теперь вступил Холлис Фергюссон, и его грубоватый голос звучал так, точно он приносил извинения от имени всех за их прежнее поведение.

– Уильям поведал нам обо всем, что случилось, пока ты была в лапах этого дикаря, – как бежала на его собственном скакуне, и поразила злодея его собственным мечом, и изрезала их одеяла. Ты превратила его в посмешище своим побегом. Такая смелая девчушка, как ты, не натворила бы тех постыдных дел, в которых тебя обвинял Александр. Уильям нам доказал это. Александр ошибался.

Взгляд Дженни упал на лицо сводного брата, передав ему слова любви и благодарности.

– Я только рассказал правду, – проговорил он с ласковой улыбкой и непонятной грустью, возвращая ей взгляд, омраченный тяжкими предчувствиями.

– Ты Меррик, – горделиво объявил Холлис Фергюссон, – Меррик с макушки до пят. Ни один из нас никогда не дал Волку попробовать лезвие своего меча, а ты это сделала, хоть и совсем малышка да еще и девчонка.

– Спасибо вам, Холлис, – тихо молвила Дженни.

Один только Малькольм, младший из сводных братьев, продолжал глядеть на нее, как прежде, и в его глазах читалась холодная злоба.

Отец резко обернулся, и вид его несколько омрачил счастье Дженни.

– Что-нибудь… Случилось что-то плохое? – нерешительно спросила она.

– Да, – отрывисто подтвердил он. – Наши судьбы решаются объединившимися монархами, а не нами.

Сцепив за спиной руки, он начал медленно расхаживать взад-вперед, пустившись в угрюмые, монотонные объяснения:

– Когда вас с сестрой похитили, я попросил у короля Иакова две тысячи вооруженных людей в подмогу нашим, чтобы мы могли настичь варвара в Англии.