Грешный соблазн ночи

Он сидел в спортивной машине и хмуро смотрел в никуда. Он тоже успел переодеться — каким образом, остается загадкой, — и теперь на нем была черная рубашка, поверх неё накинута кожаная куртка. Маша удивилась — зачем летом нужна теплая куртка?

Она подходила к машине, испытывая смущение. Она привыкла злиться и гневаться на Даровых, и в страшном сне не могла предположить, что будет зависеть от одного из них.

Пусть и самого загадочного и сексуального….

Марии было до сих пор стыдно за те роковые слова. Но линчевать себя не имело смысла. Дело сделано.

— Я пришла, — негромко сказала она, подходя к стороне водителя.

Демьян кивнул, даже не посмотрев на неё.

— Садись.

Она послушно села на пассажирское сиденье, и машина с ревом сорвалась с места.

Демьян не был настроен на ведение светского разговора, и он дал это понять. Мария тоже сделала независимое выражение и постаралась просто расслабиться, забыться.

Ехали они очень быстро. Демьян машину вел уверенно, но периодически у Марии ёкало сердце на крутых поворотах. Они промчались мимо города и вскоре оказались на открытой территории.

Сначала Маша не поняла, куда они приехали, пока не увидела мелькающие огни.

— Это аэропорт? — догадалась она.

— Частный.

— Ваш?

— А ты как думаешь?

Его грубости тоже был предел, и Мария вспыхнула. Чувство раскаяния отступило.

В конце концов, в чем она виновата? В том, что не вступила в сексуальную связь с недругом? Пусть и возбудившим её? Если разобраться, он не имел никакого права к ней прикасаться! Он привнес в её жизни одни неприятности! Если не считать известия об Анне Абашевой, Демьян усугубил её и так не простую жизнь!

И пусть попробует кто-то сказать, что она не права!

Чего стоит их последнее кормление! Если это было не унижением, то чем тогда?

Мария стиснула зубы. Она сейчас промолчит. Промолчит, но запомнит. И если всё пойдет благополучно, и они вернут Анну, она сдержит слово, расплатится с ним, а потом забудет. Забудет раз и навсегда!

Ради матери она вытерпит всё.

Мария отвернулась к окну. Её чувства балансировали на грани, и она стала напоминать себе истеричку. То она раскаивается, бьет челом, то метает гром и молнии. Ей надо определиться с отношением к Демьяну.

Одно она знала — в физическом плане его надо держать на расстоянии. Потому что стоит ему прикоснуться к ней, как она напрочь забывает, кто она такая, и в голову сразу лезут легкомысленные мысли.

Подумать только — она едва не отдалась ему на поляне! Стыд-то какой!

Это послужит ей уроком.

Демьян, точно почувствовав изменение в настроение девушки, бросил на неё настороженный взгляд. Ему одновременно хотелось и зацеловать её, и сломать очаровательную шейку. В нём до сих пор бурлили нешуточные страсти.