Грешный соблазн ночи

— Папа, что-то случилось?

— Да, — коротко ответил альфа, и добавил уже более мягким тоном: — Раз ты теперь не под защитой Даровых, тебе следует быть вдвойне осторожной.

— Папа…Береги себя.

— Встретимся дома.

Раз Аркадий Игнатьевич велел ехать к Емелиным, и если брать во внимание последние события, то случиться могло одно — пострадала ещё одна девушка."

"Марии не хотелось так думать, но иного не приходило на ум.

Олег Васильевич Емелин был когда-то бетой стаи Абашевых, и отличался хорошими бойцовскими качествами. Он приходился крестным Марии, опекал её с раннего детства. Своих детей Всевышний ему не послал, и к Марии он относился, как к родной дочери.

Что творилось в душе девушки — сложно передать. Но она постаралась скрыть переживания от Олега Васильевича. Прежде чем она решится на разговор с кем-то из близких, ей надо все хорошо обдумать.

— Маша! — радостно воскликнул коренастый седовласый мужчина, куривший сигару на деревянном крыльце.

— Привет, крестный! Снова начал курить? Ты же бросал!

Емелин потушил сигару и бросил в урну.

— Уже снова бросил! Видишь, какая у меня сила воли! Хочу — курю, хочу — нет!

Он пытался балагурить и выглядеть беззаботным, но Мария сразу увидела жесткие складки вокруг лба и напряженные морщины на лбу.

Он приобнял её, после чего, продолжая удерживать за плечи, вытянул на длину рук и критически осмотрел.

— Как ты, малышка?

За, казалось, простым вопросом скрывалось куда большее. Они не виделись с момента её ухода в кормилицы к Даровым, и теперь крестный выискивал изменения, произошедшие с девушкой. Он был ярым противником договора, но смирился.

— Жива, здорова и продолжаю улыбаться, — в тон ему ответила Маша.

— Значит, Даровы тебя не съели?

— Как видишь! У меня оказались косточки крепкими!

— Это хорошо, что ты с иронией относишься к кормлению новоявленного упыря!

Марию неприятно кольнуло в груди от прозвища Демьяна.

— По-другому никак.

— Согласен. Альфа говорил, что с кормлением покончено?

Крестный продолжал называть Аркадия Игнатьевича альфой. Он по-прежнему считал его своим вожаком.

— Не могу с уверенностью сказать, но, кажется, да, — ответила Мария. А на самом деле, освободил ли её Даров? Или только дал передышку? Не придется ли ей самой прийти к нему и предложить свои услуги….

Даже в теплую погоду её кожа покрылась мурашками. Она выбрала противника не по себе.

— Что, значит, «кажется, да»? — нахмурился мужчина.

— Пока я свободна. А там посмотрим.

— Даров восстановился?

Мария кивнула.

— Полностью.

— Что с ним было-то хоть?

А, правда, что с ним было? Почему вернувшись в родной дом, он оказался на грани полного физического истощения?

— Я не знаю, крестный. Он со мной не откровенничал.