Все мы грешные

А на него-то он и надеялся, когда без телохранителей шел провожать Алену. Но просчитался. Недооценил сопляков. Ошибки дорого стоят... Ну, ничего, они, эти ублюдки, еще пожалеют. Не знают, козлы, с кем связались.

Ага, вот и они!

Они вышли из соседнего отсека. Их пятеро, не трое, как вчера. И за собой тащат Алену. Суки, ее бы хоть не трогали!

Самый главный из них, коренастый крепыш с наглым рылом, подошел к нему.

Девушку бросили на тахту.

– Ты, яйцеголовый, очнулся уже? – осклабился он.

Антон промолчал. Негоже ему опускаться до разговора с каким-то полудурком из подвала.

– Тебя ведь предупреждали... Какой же ты непонятливый, пижон?

Все ясно, его принимают за какого-то делягу-коммерсанта. Кровью скоро будут харкать, шелупонь галимая... Вот тогда и узнают, кто он такой.

Антон молчал. Только усмехался. Его взгляд выражал глубокое презрение к крепышу и полнейшее безразличие к тому, что с ним происходит.

– Я что, не с тобой разговариваю?

В ответ Антон только пренебрежительно хмыкнул.

– А ведь говорили тебе, быдло, не тронь девчонку. Не послушался... Тебя мы, наверное, кончим... И ее, Аленку, наказать придется. Будет знать, сука, как ходить с кем попало!

А ведь не шутит. Может запросто грохнуть. Сила-то, как ни крути, на его стороне. А Алена? Неужели эта падаль изнасилует ее?

– Смотри, как я ее сейчас уделаю!.. Ты ее не трахал, так посмотри, как это делают другие... Жаль, не могу развязать тебе руки. А то бы разрешил и тебе подрочить...

И хохот.

Крепыш сунул руки в карманы и повернулся к девушке.

– Не подходи! – закричала она.

Но ей тут же заткнули рот.

Двое ухватили ее за руки, двое – за ноги, развели их в стороны. Слышалось гадкое хихиканье.

Главный подошел к Алене и молча просунул ей под юбку руку. Послышался треск разрываемой ткани.

Он вытащил руку и выставил на обозрение располовиненные трусики. Отбросил их в сторону, деловито стянул с себя до колен штаны.

– Ну, сучонка, гляди, какой у меня богатырь! – захохотал он и стал наваливаться на нее.

Но испохабить ее не успел.

В подвал ворвались несколько человек с короткоствольными автоматами.

– Стоять, падлы! – послышался знакомый голос.

Крепыш оторвался от Алены и повернулся к незваным гостям. И тут же получил сокрушительный удар ногой в пах, как раз по своему «богатырю», не прикрытому доспехами.

Второй удар прикладом в челюсть опрокинул его на пыльный цементный пол.

Его помощники отпустили девушку и подняли руки.

– Труба, братва, менты нагрянули!

Но они ошиблись. Это заявился Понт со своими громилами."

"Подвальные крепыши и были теми грабителями, взявшими кассу «Айсберга». Это Мороз добивался взаимности от Алены. Это его уязвленное самолюбие загнало Антона в подвал.

– А ну к стенке, падлы! – орал Понт.