Грешники

Господи, я уже сто лет не думала о том, что в жизни есть еще что-то кроме работы и карьеры.

— Маша, — слышу за спиной голос Гарика, который тонет в стуке закрывшей за ним двери. — Я правильно понял, что ты хочешь поговорить?

Глава 62

Еще никогда в жизни мне не было так тяжело сдержать откровенную гадость в ответ.

Она сидит во мне — еще не оформившаяся, но уже едкая и ядовитая. И чем больше я держу в себе эту дрянь, тем сильнее она просачивается в меня саму.

— Сейчас ты скажешь, что это не то, что я думаю, — пытаюсь держать лицо.

— Я не думаю, что тебе интересно, что я скажу, — спокойно отвечает Гарик. — У тебя приятная компания.

Проглатываю желание тут же во всех подробностях пересказать ему содержание прошлой ночи.

И, как оказывается, хорошо, что не делаю этого.

— Я рад, что ты решила попытаться наладить личную жизнь. Даже если мне немного… не понятен выбор.

Сколько бы я не пыталась отыскать в его словах хоть намек на злость или раздражение — там ничего этого нет.

Ему все равно, с кем я провожу время.

Ему плевать, что я встречаюсь с другим мужчиной, и наверняка еще больше плевать, что эти встречи могут быть старыми и на постоянной основе.

— Хочешь обсудить выбор наших «людей для души»? — спрашиваю я, чтобы хоть как-то подкормить внутреннюю стерву, иначе она наломает дров.

— Нет, мне это абсолютно не интересно.

— Было бы проще, если бы ты не врал о том, что в твоей жизни есть только я, — продолжаю выплескивать злость и раздражение. — Чтобы я не…

Хочу сказать, что тогда бы я по крайней мере попыталась жить своей жизнью и, возможно, у меня было бы время смириться с мыслью о разводе и хотя бы попытаться встретить другого мужчину, а не запираться в офисе и в какой-то из дней вдруг с ужасом понять, что от меня воняет бумажным складом, а не пахнет «Хорошей плохой девочкой».

Хочу… но не говорю.

Эта информация Гарику тоже не нужна.

— И давно у тебя с ней? — Злость сходит с меня как отлив. И чтобы не упасть от внезапной слабости, успеваю взяться за перилла. — Она выглядит… эффектной.

— Ты не умеешь врать, — добродушно, но с холодом в глазах, улыбается муж. — Ты думаешь, что она старше, что я променял тебя на «возрастную каргу» или что-то в таком духе. Извини, но я бы никогда не стал обсуждать тебя с кем бы то ни было, и так же не собираюсь обсуждать ее.

— Это так благородно.

— Не язви, Маш.

— Не все из нас идеальны! — Быстро вспыхиваю и так же быстро гасну. Еще пара таких эмоциональных извержений — и мне понадобится психиатр, и комната с мягкими стенами. — Извини. Просто… это было слишком неожиданно.

Меня трясет."

"Еще немного — и мои внутренние тормоза не сработают, я разревусь или, еще хуже, закачу истерику и превращусь в ту ужасную женщину, на которую бы сама пострела как на монстра.