Грешники

Еще бы в курилке трепались о финансовых делах, господи…

— Маш, у меня вообще-то свадьба через месяц! — взрывается Ленка. — Мне нужны деньги!

— И это великое событие дает тебе индульгенцию за корпоративный шпионаж? — продолжаю я.

— Да какой шпионаж! Это ты у нас правильная со всех сторон, ни разу нигде и ничего, хоть прикладывайся как к иконе и проси исцеления.

— Спасибо за комплимент — самое приятное, что я вообще от тебя слышала. — Сейчас уже можно позволить себе толику иронии.

— Да что ты понимаешь! Я просто хочу жить, понимаешь?! И кольцо хочу с настоящим алмазом, а не с подделкой с алика! У меня тоже есть амбиции, но я не хочу убить молодость, корячась в офисе за гроши!

Эти «гроши» — одна из самых высоких зарплат для такой должности в этом сегменте.

Если распоряжаться ними с умом, то за год можно скопить на бриллиант, красивую маленькую свадьбу и свадебное путешествие куда-то на тропические острова. Но для этого нужно терпение и железная задница, да. А кто-то хочет без очереди, «только спросить».

— Алмазы — это не огранённые бриллианты. Их в кольца не вставляют, — говорю почти машинально. Наверное, тупо нравится слышать, как она снова ноет и психует.

— Хватит умничать! Ты должна меня спасти, потому что по твоей вине я во все это вляпалась!

— Прости меня великодушно, Лен, не ведала, что творила.

— Какая же ты… конченая! — шипит она.

— Лучше быть конченой, чем дурой, — не могу удержаться от язвительности. — Ты же в курсе, что по договору с «ОлМакс» тебя могут засудить за такие вещи?

— Только если ты кому-то… — Она использует крайне нецензурную версию слова «расскажешь». Морщусь, потому что есть люди, кому даже великим и могучим крепким словом удается выражаться прямо-таки красиво, а у Ленки получается, как у девки с Кольцевой, которой заплатили использованным презервативом. — Надо встретиться, решить, чё делать.

Наверное, раньше я бы офигела от такой наглости: ее послушать, так это я виновата в том, что она стала шпионкой, слила инфу, влетела и теперь именно я должна порвать известное место, чтобы ее вытащить.

Я — главная злодейка и причина несчастий ее жизни.

— Хорошо, — соглашаюсь я. — В восемь, в нашем кафе. Только не опаздывай.

Ленка быстро соглашается. Видимо, уже предчувствует легкую победу над доверчивой дурой мной.

Я долго верчу телефон в руках, потом по памяти набираю цифры номера.

Хотела бы забыть — а не могу. Толку, что удалила, если он отпечатался у меня в подсознании. Я свой-то телефон не помню, а этот могу повторить без заминки, даже если меня разбудить посреди ночи.

— Я боялся, что ты уже никогда не позвонишь, — слышу на том конце связи знакомый голос.

Сердце предательски обрывается.

«Спокойно Маша, помни о самоконтроле, помни о предателях».