Девочка Грешника

Реально думаешь, что в мужике внешность — это главное? Разуй глаза и оглянись вокруг. Это мир красивых женщин и богатых страшенных мужиков. Бабуля моя, знаешь, как говорит?

— Как?

— Мужик должен быть чуть краше обезьяны, но обаятельным и с туго набитыми карманами. Вот!

— Фаина Моисеевна, как всегда, зрит в корень, — вытянула губы трубочкой Марьяна и часто-часто заморгала, переваривая услышанное.

— Так что, не удивлюсь, если этот пресловутый Ветров выглядит как орк во плоти — маленький, страшненький, лысый и с кривыми зубами, — зарылась я в подушку и рассмеялась.

— И с бородавкой на носу, — сочиняла на ходу подруга.

— Хромой и косоглазый, — взвизгнула я от веселья.

— Боже, перестань, Сонь, — давилась смехом Марьяна, а я все накидывала новые и новые недостатки человеку, который рискнул здоровьем пить кровь моего брата.

Пока у нас у обеих не случилась истерика на этой почве, а подруга даже начала икать от нескончаемого веселья, что послужило нам еще одним поводом для дикого смеха.

— Девочки! — без стука вошла в нашу комнату мама Марьяны и грозно на нас посмотрела.

Сонная, помятая и мы поняли, что совершенно бесстыдным образом ее разбудили.

Ой…

— Прости, мам, — как по щелчку пальцев успокоилась подруга.

— Простите, Анна Владимировна, — виновато опустила я глаза в пол.

— Мне вставать в пять утра, а вы тут развели балаган! Чтобы больше ни звука, — погрозила женщина нам пальцем и покинула комнату.

Но через минуту снова вошла и форменно на нас рявкнула.

— Свет! — и мы тут же потушили прикроватные лампы, — Спать!

И мы обе послушно закрыли глаза.

А спустя минут пять, когда тьма полностью поглотила нас и сон почти окутал наши буйные головы, я тихо прошептала, не в силах более удерживать переживания внутри себя.

— Маня?

— М-м?

— Я сегодня с парнем целовалась.

— Что? — завопила подруга, но я тут же захлопнула ей рот ладонью и строго шикнула.

— Будешь орать как резаная, больше ничего не расскажу.

— Я тебя придушу, если смолчишь! — убрала она мою руку и грозно мне высказала.

— Но…я даже и не знаю, что рассказывать, — пожала я плечами, а затем мечтательно вздохнула, воскрешая в голове образ наглого незнакомца.

— Все! — затрясла меня Марьяна, — Все и с самого начала!

— В общем…я выступала, а после, когда бежала в гримерную, он подкараулил меня, набросился и…поцеловал.

— О-о-о…

— С языком, Мань, — и внутренности от этого воспоминания опалило огнем.

— Ого!

— Ага.

— И как? Тебе понравилось? Ты залепила ему пощечину? Обозвала мудаком? Послала к черту?

— Да осади ты! — хихикнула я.

— Какой осади? Я хочу все знать! — горячечно теребила меня Марьяна.

— Не знаю понравилось мне или нет, но противно точно не было.