Грешник. Вернуть бывшую

Рамиль себя не только от пальто, но и от пиджак избавляет, будто надолго остаться вздумал.

— Ты с сестрами разговаривал? — спрашиваю, вспоминая пропущенные звонки от Аллы.

Рамиль садится на диван, я же располагаюсь напротив.

— Нет, Лер. Некогда было. Я в компании до сих пор делами занимался. Как раз Захарова позвал, чтобы об охране договориться, но, — невесело усмехается, — опоздали. Я надеюсь, ты не будешь упрямиться насчёт…

— Не буду, — перебиваю его. — Делай что хочешь.

Пусть ставит кого угодно у подъезда, лишь бы всё было тихо и незаметно. О ребенке нужно думать. Тот лысый действительно смахивал на бандита. Не зря с первого взгляда я вспотела при виде его наглой морды.

— Отлично, — откидывается на спинку. — Ты про сестер почему спросила? Тебе звонили, да? — вопросительно выгибает бровь.

— Алла звонила. Прошлой ночью и один раз утром. Я не успела ответить.

— И не нужно! — приказным тоном заявляет. — Ни с кем, Лера. Не нужно им верить. Они будут оправдываться, а ты, наивная, решишь их простить. Всех, кроме меня. Всех выслушаешь, но меня — нет.

— Догадываешься, почему? — выговариваю через стиснутые зубы. — Прекрати. Я не для этого тебя пустила к себе.

Умом понимаю, что где-то он прав. Столько виноватых, в том числе и я. Глупая! Как же не увидела рядом с собой двуличных?!

Но меня больше всего задел Рамиль. От удара самых близких больнее всего. Он не только растоптал и унизил меня, он заставил ненавидеть его. Теперь я просто буду сомневаться в каждом его слове и поступке. Буду относиться с недоверием. Сегодня скажет одно, а завтра… Вдруг завтра будет думать иначе?

Вот это меня пугает.

— Я тебя слушаю, — напрягается моментально. Хмурится, всматриваясь в мое лицо.

Сглатываю образовавшийся ком в горле. Вдыхаю, неосознанно поглаживая живот. Рамиль устремляет взгляд туда.

— Ребенка я от тебя прятать не собираюсь, — произношу тихо, придавая как можно больше твердости голосу. — Но и тебя постоянно рядом с собой не хочу. До родов оставь меня в покое.

— Это нереально, Лера, — обрывает мою речь. Игнорируя последние слова, продолжает: — Ты лучше меня знаешь, что такое расти без отца. Лер, я не хочу, чтобы мой ребенок в чем-то нуждался. Где он спать будет? С тобой? Кроватка нужна. Одежда, нормальная еда. Тут сыро, ты же в курсе? Сын болеть будет постоянно…

— И что ты предлагаешь? — повышаю голос. — Может, к тебе переехать, а? Даже… Может, с тобой в одной спальне будем спать? А ту комнату, которую мы когда-то планировали сделать детской… Все ещё не поздно же, да? Может, сделаем там ремонт и мебель новую купим. Голубого цвета! Хорошей семьёй станем. Счастливой такой. Просыпаясь утром, будем прокручивать в голове сто мыслей. Ты будешь проверять мой телефон, мол, нет ли там чужих сообщений. А я буду на иголках сидеть.