Грешник

Глеб подошел к домофону и чертыхнулся, глядя на Карину, за спиной которой маячила парочка его ребят. Только ее здесь и не хватало. Громов помедлил. Хотя, какой в этом был смысл? Ну, не выгонять же эту малолетнюю дурочку? Повернул замки. Распахнул дверь.

- Ну, наконец-то, что ты так долго?! - пробормотала девушка, просачиваясь между дверью и Глебом. А спустя мгновение замерла. Глаза сузились. Подбородок высокомерно взмыл вверх. Она переступила с ноги на ногу и в приказном тоне скомандовала: - Так, ты пока эту выпроводи, я в кухне подожду. Разговор есть серьезный.

Наташа дернулась. Моргнула и уже сделала было шаг назад, но Глеб перехватил ее руку.

- Для начала разуйся! - рявкнул он гостье. Отчего обе девушки вздрогнули, - Наташа весь день убирала. -А, так это твоя горничная? Ну, ладно-ладно, разуюсь. Чего ты сразу орешь?

- Не мели чушь. Наташа здесь живет. Говори, что хотела, или выметайся...

- Вот как? - снова сощурилась Карина, - А я думала, тебе нужна информация по Джамиреву.

Наташа вздрогнула. Обхватила себя руками. Однажды она пришла к Громову и попросила все ей рассказать. Не сразу. На это ей потребовалось некоторое время и десятки схем, которые она чертила в блокноте, подаренном ей для этих целей Глебом. Он и рассказал... Как есть рассказал, без утайки. Понимая, что полуправду она не простит. И про проигрыш в рулетку, из-за которого все началось, и про наркоту, и про девку... Ну, и про роль Джамиревых в этом всем. Рассказал и тут же об этом пожалел. Потому что правда далась Наташе сложно. Она опять замкнулась в себе. И не пробиться было к ней, не достучаться. Не вытащить из тех дебрей ужаса, в которых она бродила совсем одна. Потерянная и сбитая с толку."

"- Иди в кухню, Карина. Там поговорим, - чуть понизив голос, распорядился Громов и, уже не глядя на девчонку, обернулся к Наташе. - Хочешь поприсутствовать при разговоре?

- Нет. Лучше... потом вы сами мне все расскажете.

Несколько долгих секунд Громов вглядывался в ее лицо в попытке понять, как ему лучше всего поступить. В который раз пораженный её доверием. Как всегда в такие моменты, все в нем переворачивалось. Потревоженным зверем рвалось наружу. Держать себя в руках становилось с каждым разом сложнее.

- Хорошо. Я постараюсь быстро.

Глеб поднял руку и, не удержавшись, погладил Наташу по щеке, а она уже ставшим таким родным жестом потянулась за его пальцами. Опустила подрагивающие ресницы на фарфоровые бледные щеки и ненадолго замерла.

- Ну, я пошел?

Она прикусила губу, кивнула и попятилась. Громов проводил ее взглядом и пошел-таки в кухню. Надо было бы пацанов пригласить. Те так и продолжали топтаться на лестничной клетке, но Глеб не решился. И без того слишком многолюдно стало в его доме. Наташе это могло не понравиться.