Грешник. Моя навеки

Той суммы, что лежит на наших счетах, до конца жизни нам хватит. Несмотря на то, что больше половины пришлось вытащить, чтобы Лера еще хуже в болоте не увязла.

— Обещаешь? — и взгляд умоляющий.

— Обещаю. Честное слово, — выдохнув, киваю на кровать.

Обняв меня за шею, сын целует в щеку. Морщится, потому что щетина, кажется, царапнула кожу.

— Мама давно отправила бы тебя в душ, — качает он головой. Точно Лера, ей-богу. Будто она стоит передо мной. Точь-в-точь ее действия, ее взгляд. — Спокойной ночи.

Сын ложится в кровать. Укрываю его одеялом, выключив свет, иду в душ. Бриться нет желания и времени, но переодеться не помешало бы. Мариб в любом случае не ответит на мои вопросы, вежливо пошлет на хрен, чтобы я не мешал.

Теплая вода никак не помогает расслабиться. Наоборот, с каждой минутой становится хуже. Хреново. Бессилие убивает, уничтожает.

— Скажи хоть что-нибудь, — рявкаю на мужика.

Он устало потирает лицо рукой, хлопает крышкой одного из компьютеров.

— Скажу, если будет что. Они, походу, город покинули. Иди, оставь меня в покое.

Чего и следовало ожидать.

Ночь тянется словно месяц. День тоже проходит без всяких новостей. Ближе к вечеру я получаю очередное сообщение, что не стоит никуда лезть, ментов вмешивать. Иначе Лере не жить.

Конкретно сдохнуть хочется. Или же услышать голос жены, немного прийти в себя. Но ни того, ни другого не случается.

Наташа старается помочь, хоть как-то успокоить сына. Но Сашка не ест, не пьет. То и дело повторяет имя матери. Что бы ни предлагали, от всего отказывается.

Выхожу наружу. Сутки прошли с того момента, как Леры нет. И уже несколько дней после того, как я ее в последний раз видел. Но ощущение такое, будто годы без нее живу.

Возле ворот останавливается черный внедорожник. Незнакомый. Женская фигура, покидающая салон, сразу привлекает мое внимание. А когда я узнаю ЕЕ, так вообще схватить за горло и придушить хочется. Что и делаю в следующий момент. Подхожу и хватаю за шею, готовый свернуть ее.

— ГДЕ. МОЯ. ЖЕНА, ДРЯНЬ?!

Она карабкается. Впивается ногтями в мои руки, царапает.

— Отпусти, — шипит. — Только я знаю, где она. Убьешь меня, никогда ее не найдешь, БРАТ.

Глава 12

ВАЛЕРИЯ

Мне бы удивиться, броситься на Милу. Но я замолкаю, когда она переводит дуло пистолета на мой живот, сверлит ненавидящим, угрожающим взглядом.

Если бы мобильник был рядом, я бы постаралась как-нибудь взять его с собой. Но он, по закону подлости, покатился к черту. И мне ничего не остается, кроме как послушаться и покинуть салон автомобиля.

Нет ни капли страха, хотя умом понимаю, что эта сумасшедшая баба может натворить что угодно. Жизнь, походу, ее ничему не научила, и она никак не образумилась после урока, который ей преподала судьба. Все та же сучка, самоуверенная и дикая.