Грешник (ЛП)

Перекатываясь на спину, я хнычу от жжения в боку. Трясущимися руками тянусь вниз, и чувствую кровь. Я обо что-то порезалась, но, к счастью, из моего тела не торчит стекло.

Перекатившись обратно на живот, я оказываюсь лицом к лицу с человеком, которого ударила, и это та же маска, что и у двух других в моей спальне.

Стон срывается с его закрытой маской лица, и он двигается быстрее, чем я ожидала, потому что меня швыряют, как тряпичную куклу, поскольку я сейчас чертовски медленная.

Двигаясь, он запрыгивает на меня сверху, сев на мои бедра. Я приподнимаюсь, пытаясь отпихнуть парня, но его обтянутые перчатками руки умудряются обхватить мое горло. Я выгибаю спину и двигаю бедрами, отпихивая дальше по телу, но не сбивая полностью. Я поднимаю руку над головой и сильно дергаю локтем, умудрившись высвободить правую руку, затем делаю глубокий вдох, переворачиваясь ровно настолько, чтобы дотянуться до куска стекла, лежащего на полу рядом со мной. Я хватаюсь за него и чувствую, как он впивается в мою ладонь. Прежде чем парень успевает меня задушить, я вонзаю осколок в нижнюю часть маски, прямо ему в шею.

Я выдергиваю стекло, и отовсюду на меня течет кровь, забрызгивая мое лицо, шею и руки.

Я хватаю осколок обеими руками, поднимаю над головой и с криком втыкаю его в черную толстовку, снова и снова, разбрызгивая еще больше крови, пока тело не падает с меня на пол.

Я роняю руки на бок, пытаясь перевести дыхание, глаза закрываются сами собой, желая передохнуть, но тут кто-то хватает меня за волосы, поднимая на ноги и заставляя вскрикнуть. Мое падение и драка дали возможность двум другим в моей комнате догнать меня. Я брыкаюсь и кричу, пока он тащит меня в гостиную и там ставит на колени.

Меня прижимают лицом к полу, уперев колено мне в спину и заломив назад руки, и я кричу во всю мощь своих легких. Я чувствую, как вокруг запястий оборачивается знакомый грубый материал стяжки, а затем слышу, как туго застегивается молния, защипывая мою кожу. Меня подхватывают и бросают на диван, и я лежу на своих теперь уже связанных руках. Я тяжело дышу, глядя на двух мужчин сквозь мокрые от слез ресницы.

— Син убьет вас обоих! — гневно кричу я, зная, что он сделает все возможное, чтобы спасти меня. В конце концов, дьявол процветает в аду.

Тот, кто притащил меня сюда за волосы, бьет меня по лицу. Да так сильно, что я падаю на бок. От перчатки у меня щиплет щеку и звенит в ушах. Схватив за плечи, парень переворачивает меня на спину и прыгает сверху, прижимая и затрудняя дыхание своим тяжелым весом.

Он обхватывает мое лицо, и у меня слезятся глаза от того, насколько он груб.

— Син не может спасти тебя, детка. — Его голос — низкое рычание, заставляющее меня дрожать. — Он мертв.

— Нет, — удается пробормотать мне сквозь сдавленные щеки.