Грешница по контракту

Невозможно играть с чувствами людей. Николай Георгиевич. Я больше не могу работать на вас. Разрываю нашу с вами договоренность. Можете убить меня, продать в рабство, уничтожить — Катя уже бьется в истерике. Я смотрю на побледневшего отца. Всегда такого сильного, уверенного в себе. Он растерян. Вся жизнь, которую он строил, работая локтями, чего — то добиваясь, рушится словно карточный домик, и он не в силах противостоять этому. Наверное, уже сожалеет, что когда — то принял решение взять в свою семью искалеченного морально, маленького мальчишку.

— Успокой свою девку — зло выплевывает он, и быстро идет к лестнице.

— Коля, — мать выныривает из своего транса, и протягивает отцу небольшой пластмассовый футляр Катиного теста. Так вот, что она не выпускала из рук, все это время. И я чувствую какую то странную легкость, как наполненный воздухом шарик — это Глаша нашла. У нас будет внук. Правда, здорово? Мы его Давидом назовем. Наш мальчик вернется. Не злись на девочку. Любопытная старуха, нашла тест в мусорном ведре, и тут же доложила хозяйке. Я идиот, недооценил свою нянюшку, нужно было лучше прятать улики.

Отец, словно громом пораженный, замирает, едва занеся над ступенью ногу, а потом начинает заваливаться на пол, держась за левую сторону груди. Я едва успеваю подхватить его каменно тяжелое тело. Вижу, как мать, гладит по голове обмякшую Катю, тонкой, прозрачной рукой, прижав ее к себе, как драгоценность, как Глаша проталкивает сквозь сжатые отцовы губы гранулы лекарства и понимаю, что этот бой я проиграл. Нельзя отнять у этих людей то, что даст им стимул продолжать жить. В лицо отца возвращаются краски, и он улыбается. Как давно я не видел его таким. Вот только боюсь, что не смогу полюбить существо, растущее в моей Катерине. Оно отнимет ее у меня. Тот, другой, меня ненавидел за это. Я отобрал у него мать, едва родившись. И теперь он лишает меня тех, кого я люблю.

— Радуйся — выплевываю я в милое лицо Кати, когда мы возвращаемся в спальню. Она смотрит на меня с неприкрытым превосходством, по крайней мере, мне так кажется. — Ты добилась своего. Молодец, не растерялась. Далеко пойдешь. Браво, Китти, из шлюх в дамки — стремительная карьера."

"— Ты, правда, думаешь, что я специально? — Катя не сводит с меня глаз — Ты, ты….. — она задыхается от ярости, тонкая рука описывает дугу и лицо обжигает жгучая, обидная пощечина, от которой на мои глаза падает пелена. Я перехватываю ее запястье и выкрутив, резко завожу ее руку за спину, так, что она не может даже дернуться.

— Не мечтай, что я стану любящим папочкой, и начну носить тебя на руках, моя дорогая. Твоя жизнь не превратиться в рай, отнюдь. И да, куколка, готовься к свадьбе.