Грешная и святая

"

"Через секунду она отвела взгляд и увидела, что Сент-Рейвен наблюдает за ней с загадочным выражением лица. Он взял что-то со стола и предложил ей. Эта была незнакомая ей закуска, имеющая вид длинного цилиндра.

– Нет, спасибо. – Крессида хотела, чтобы ее слова были холодны, как сосульки.

– Это всего лишь огурец, фаршированный креветками… – Он подцепил розовую массу пальцем и попробовал сам.

– Я не люблю креветки.

– Но ты должна любить… креветки, Рокселана.

Он напомнил о ее роли – наложницы из гарема, а также женщины, которая чувствует себя во время оргии в своей стихии. Она заметила, что люди вокруг обращают на них внимание.

– Любовь моя, ты боишься яда? – спросил Сент-Рейвен. Глядя на нее, он повернул огурец и откусил кончик. Крессида аккуратно взяла губами остаток деликатеса, а затем медленно слизала розовую начинку. Раздались аплодисменты, но она следила только за Сент-Рейвеном.

Его глаза смеялись, но взгляд говорил: «Твой ход». Крессида взяла конец огурца в рот и высосала остатки креветок. Послышались восторженные возгласы мужчин.

Девушка смотрела на герцога. Неужели искорки в его глазах стали огнем?

Она повернулась к столу, притворившись, что изучает предложенные блюда, хотя ясно слышала шум за спиной. Мужчины хотели узнать ее имя и с кем она пришла.

Вдруг чье-то большое и горячее тело прижалось к ней сзади. Сильные руки словно заключили ее в клетку. Горячее дыхание обжигало ей затылок. Крессида приготовилась дать отпор, но затем узнала запах сандалового дерева. Дрожа, она посмотрела вниз, и ее взгляд наткнулся на его правую руку с большим золотым кольцом с печаткой – довольно рискованно было надеть его на этот маскарад. Это объятие заставило ее испытать волнение. Крессида заметила царапины на его пальцах и представила, как эти руки сжимаются в кулаки.

Она сразу вернулась к действительности. Прошлой ночью герцог Сент-Рейвен ограбил карету, сегодня участвовал в драке. Сейчас он чувствует себя своим человеком на этой оргии. Это его мир, но, уж конечно, не ее.

Крессида отвела глаза от этой соблазнительной руки и отодвинулась от него, а затем посмотрела ему в глаза.

– Я успела осмотреть комнату. Статуэток здесь нет.

Глава 8

Трис в ужасе понял, что он совсем забыл о проклятых статуэтках. Эта сценка с огурцом возбудила его. Он прижимался к ее аппетитному телу, думая совсем о другом.

«Это Крессида Мэндевилл», – напомнил он себе.

Не Рокселана, не наложница из гарема, а Крессида Мэндевилл, целомудренная дочь торговца из Мэтлока, живая брачная ловушка. И он попадется в сети, если будет неосторожен с ней.

– Тогда пошли. – Они повернули к двери. Девушка остановилась на полпути, и он понял, что привлекло ее внимание.

Роджер Тивертон, одетый в костюм пирата, держал в руке пирожок с вареньем.